Previous Entry Share Next Entry
ЮРИЙ ТРИФОНОВ: КОНСТАТАЦИЯ СМЕРТИ СОВЕТСКОГО ЧЕЛОВЕКА
рысь
domestic_lynx
28 августа исполняется 90 лет со дня рождения советского писателя Юрия Трифонова. Умер он очень давно, ещё не старым, за несколько лет до Перестройки. В Музее Москвы в течение всего августа проходят разные мероприятия, посвященные его памяти, я бы непременно посетила какое-нибудь, но – увы – я сейчас на Кипре, и вернусь только в конце месяца.

Вот и захотелось написать о Трифонове – тем более, что мне всегда нравились его произведения. В мою юность все приличные люди, впоследствии названные «рукопожатными»: работники вузов и НИИ, тогда вполне престижных, кухонные фрондёры, самопровозглашённые интеллектуалы, прочитавшие Гумилёва, напечатанного типографией ВИНИТИ в Люберцах, а возможно, даже и Бердяева, изданного в Париже, - вся эта публика, к которой я не принадлежала просто в силу неспособности к чему-то принадлежать, а так-то мне было страшно интересно, вот все эти граждане, передовые и непростые, - Юрия Трифонова чрезвычайно ценили.

Ценила его и я. Некоторое время назад перечитала – действительно, хороший писатель, большой мастер. Некоторые места просто напоминают стихотворение в прозе – например, начало «Дома на набережной»:

«Никого из этих мальчиков нет теперь на белом свете. Кто погиб на войне, кто умер от болезни, иные пропали безвестно. А некоторые, хотя и живут, превратились в других людей. И если бы эти другие люди встретили бы каким-нибудь колдовским образом тех, исчезнувших, в бумазейных рубашонках, в полотняных туфлях на резиновом ходу, они не знали бы, о чем с ними говорить. Боюсь, не догадались бы даже, что встретили самих себя. Ну и бог с ними, с недогадливыми! Им некогда, они летят, плывут, несутся в потоке, загребают руками, все дальше и дальше, все скорей и скорей, день за днем, год за годом, меняются берега, отступают горы, редеют и облетают леса, темнеет небо, надвигается холод, надо спешить, спешить — и нет сил оглянуться назад, на то, что остановилось и замерло, как облако на краю небосклона”.


«Время и место» (так назывался его последний роман) Трифонова – брежневский Застой. Был бы он столь же популярен и почитаем в условиях свободы слова – большой вопрос. Весьма вероятно, что его бы просто не заметили: ну, пишет чувак о каких-то бытовых дрязгах, перемежая это известиями о гражданской войне и сталинских репрессиях – делов-то! Может, он вообще проходил бы по разряду «москвоведение»: видно, что знал и любил Москву, собирал её исторические предания. Так что советская цензура и чинимые ею препоны и рогатки Трифонову, как и большинству советских культовых писателей, очень сильно помогла. Но это так – проходное замечание.


Юрий Трифонов был замечательный бытописатель. У него нет ни одной самой мелкой детали, выдуманной, а не увиденной в жизни. Всё - совершенная правда. Его герои и ситуации - строго из жизни: да, так, именно и жили. То, что он пишет по истории 20-30-х годов, не кажется сегодня особо интересным, а вот ставшие сегодня историей 70-е годы – это замечательно. Трифонов – великий бытописатель брежневского Застоя.

Уверена: он сам не понимал, чтО он открыл и описал. А описал он ни много-ни мало СМЕРТЬ СОВЕТСКОГО ЧЕЛОВЕКА. Он, по существу дела, дал в художественной форме ответ на вопрос: почему пала советская жизнь? Он не дожил до её падения, но он увидел и показал, что советский человек перестал существовать.

Нет, упаси Боже, он не стал антисоветчиком.

Дело обстояло гораздо хуже: он стал - обывателем.

Тип советского человека, странным образом, не противостоит антисоветчику. Антисоветчик (если не по найму западных спецслужб, а по убеждению) – это может быть человек, протестующий против косности мысли, которая царила в СССР эпохи упадка, против атмосферы серости, бюрократизма, жизни по инерции. Так что антисоветчик может быть по душевному складу и направленности мысли довольно близок к эталонному советскому типу – к Павке Корчагину. Подлинной противоположностью советскому человеку является обыватель. Вот он-то и восторжествовал в эпоху, впоследствии названную Застоем. Он-то, обыватель, с радостным гиканьем свалил советскую жизнь. А советский строй не может существовать, опираясь на обывательские массы. Он жив только в том случае, если есть некая критическая масса людей, для которых подлинно «жила бы страна родная и нету иных забот». Пока это было – советский строй стоял прочно, когда не стало – пал. Вот как именно «не стало» и рассказывает Трифонов. Он подробно и обстоятельно показывает «физиологию», как говорили в XIX веке советского обывателя.

Именно поэтому, сколь я понимаю, к Трифонову настороженно относилась советская критика; я читала, что его, на первый взгляд, вполне невинные сочинения, как-то очень трудно было опубликовать. Видимо, литературное начальство смутно ощущало, что в незатейливых историях, рассказанных Трифоновым, кроется какая-то рафинированная антисоветчина. И она там была! Там было показано, что советский человек – умер. И особенно неприятно, что это была – правда. А правда, как известно, это самая обидная вещь, хуже всякой злобной клеветы.

В советской критике считалось, что Трифонов описывает так называемый «быт». Странное такое словцо, не имеющее прямого эквивалента в иностранных языках. Любопытно, что однажды мне привелось прочитать статью о Трифонове в газете итальянской компартии «Унита»; так вот там слово «быт» передавалось как русский экзотизм – «byt». Поскольку я тогда готовилась в переводчики – запомнила. А что там писала про Трифонова – абсолютно не помню.

Тогда, в брежневскую эпоху, этот самый «byt” заполнил всё пространство жизни и всё умственное пространство. Помимо быта просто ничего не осталось. Народ был охвачен лихорадкой жизнеустройства: все что-то доставали, меняли квартиры, делали ремонты, для которых опять-таки с боем раздобывали материалы. Странная была жизнь: потребительские ориентиры – без предметов потребления. Вернее, при их недостатке. Проносились потребительские поветрия: то вдруг всем требовались ковры. То – хрустальные люстры. А потом вдруг по самое не могу всем тёткам захотелось иметь «брюлики» - мелкие такие и совсем не красивые, но - бриллианты. И всё это нужно было не просто купить, а изловчиться и – достать. Впрочем, у западного обывателя в условиях товарного изобилия забот не меньше: ему нужно изловчиться и достать деньги.

Но эта предметная среда – возможно, и не главное. Вернее, главное она у совсем простых. Вроде тёти Нины – соседки моей подруги, вороватой буфетчицы. Та гордилась: «Приду домой, сяду на диван, под ногами у меня ковёр, перед глазами «стенка», на «стенке» - хрусталь. Сижу себе – ну как королева!».

Народ позамысловатее – научные работники, всякого рода руководители – от школ до министерств – те были охвачены, так сказать, организационным жизнеустройством (не забывая, впрочем, и о предметном). Продвигали себя и своих детей и родственников, устраивались в департаменты по протекции. В те давние годы я иногда бывала с родителями в совминовском пансионате под Москвой. Там проводила уик-энды и праздничные дни средняя номенклатура. Кое с кем привелось познакомиться. Меня поражала та непрерывная включённость родителей в дела взрослых уже детей, постоянное их, детей, жизнеустройство. Касалось это, впрочем, на 90% мальчиков; к карьерам девочек всерьёз не относились. Но уж о мальчиках пеклись вседневно: отслеживали продвижение, куда-то звонили, с кем-то связывались и узнавали ценную информацию…

Об этой жизнеустроительной возне обстоятельно и хорошо рассказывает Трифонов. Вот повесть «Обмен», ставшая, наверное, уже классической. Героиня, переводчица, долго, упорно и изобретательно протыривается на желанное и выгодное местечко в некую организацию, выдуманную Трифоновым и являющую собой причудливый гибрид ВИНИТИ и Торговой палаты. И мужа своего она с помощью родственников проталкивает в какое-то НИИ, что вызывает семейный скандал: туда же метил какой-то парень из родственного семейства.

Что они там делают – в этих своих НИИ-департаментах? В сущности, это не важно: что велят, то и делают - они живут не этим. Не тут центр их интересов. Он – быту. Они покупают чешскую тахту или кофточки в ГУМе, как героиня «Обмена»; кому больше повезло в жизни – даже и антикварную мебель раздобывают, как герой «Дома на набережной» в самой первой сцене. Они меняют квартиры, как герой «Обмена» или друг и начальник героя «Другой жизни», историк, работающий в соответствующем НИИ.

Сам герой «Другой жизни», тоже историк, какой-то странный, недотёпистый, несовременный. Он не интересуется ниишными интригами, просто как-то их не видит, страдая своеобразным социальным дальтонизмом. Он интересуется – вы не поверите! – историей. В результате ничего не добивается: даже диссертацию защитить не может, не говоря уж о квартире в престижном районе или заграничных поездках.

По советским литературным канонам, он должен был вступить в борьбу с «дельцом от науки», конформистом и проходимцем Климуком (фамилия начальника). Тогда вышло бы настоящее произведение социалистического реализма. Но Трифонов органически не умеет выдумывать. И его герой ни в какую борьбу не вступает, разве что позволяет себе полупьяные критические выкрики на поминках, что более глупо, чем смело. Побеждает Климук, в своё время призывавший: «Давайте сколотим свою группку, свою кликочку, свою маленькую уютную бандочку». В результате он пришёл к советской мечте: квартира на Калининском проспекте и поездки за границу. Любопытно, что жена того самого неудачливого историка, чьими глазами показаны все события, не критикует Климука, а просто считает – ну, бестактным что ли, потому что он со своей супругой чересчур уж много хвалится. «Ну хорошо, изловчились, но имейте же чувство такта, не хвалитесь на всех углах», - рассуждает она.

То есть что? В 70-е годы уже вполне сформировалась и овладела массами (пока лишь «продвинутыми») мысль: подняться к социальным вершинам, продвинуться в жизни можно только интригами, недостойной вознёй, «бандочками», но никак не талантом и трудолюбием. Эти совковые ценности – вообще смешны и нелепы. Успех – дитя интриг, знакомств, изворотистости. Это общее, необсуждаемое, мнение. Только вот тыкать в нос свои успехи окружающим лузерам не надо.

Такова была господствующая психология эпохи Застоя. Вполне крепкая и сформированная. Старуха – свекровь героини, участница Гражданской войны – призывает думать о деле, а не об интригах, зарплатах и т.п. Но что со старухи возьмёшь, она и так всех «достала» своим занудством.

Проталкивается к лучшей жизни и герой «Старика» - работник Минвнешторга. Тот, действуя по своему принципу - «до упора», выцарапывает у жизни высшее тогдашнее благо. Какое? Известно какое – поездку в «длительную командировку» за границу. «Длительной командировкой» называлась поездка на несколько лет работать в посольстве, торгпредстве или иной советской зарубежной конторе. Это по тогдашним меркам считалось апофеозом даже не карьеры – судьбы. Этот герой по фамилии Кандауров кажется мне одним из удачнейших; возможно, потому что мне вспоминаются такие персонажи в жизни – по моей недолгой работе в Минвнешторге в начале 80-х.

Важным центром, вокруг которого вращалась жизнь, была недвижимость. Впрочем, слово такое распространено не было. А идея – очень даже была. Так вот история, описанная в «Старике», - это свара за дачку в кооперативном дачном посёлке старых большевиков. Сейчас риэлторы называют такие посёлки «стародачными»; они высоко ценятся на рынке за большие лесистые участки. Интрига современной части (есть там и часть историческая) романа «Старик» состоит в том, кому дадут , вернее, продадут, участок с домиком-развалюшкой, оставшийся от какого-то умершего владельца и перешедший в собственность кооператива. «В борьбе за это» кипят страсти и разворачиваются интриги. Здесь концентрируется энергия вполне достойных советских людей.

Тут требуется некоторый исторический комментарий: в СССР не было частной собственности на землю, собственность была либо государственной, либо колхозно-кооперативной. Соответственно и вся земля дачного посёлка принадлежала кооперативу. Потому и кооперативные дачи не были в свободной продаже. Внешний человек мог быть при некоторых условиях принят в кооператив, и тогда ему дозволялось купить у бывшего хозяина дом. Но только дом: земля по-прежнему была кооперативная; нельзя было, например, отрезать и продать пол-участка, как это делают сегодня. Кооператив, в лице собрания или правления, мог рассмотреть кандидатуру и принять или не принять нового члена. Требовалось непременно учитывать, имеет ли отношение претендент к организации, учредившей кооператив. Таким образом оберегалась некоторая социальная однородность обитателей стародачных посёлков. Плотина была прорвана лишь в начале 90-х. Пришлые, конечно, оказывались в стародачных посёлках и при советской власти, но не так просто и не слишком часто. Я сама живу в одном из подобных посёлков и знаю эти порядки.

В романе Трифонова наследники «красных партизан» (так назывался посёлок, прототипом которого является Серебряный Бор), а также пришлый шустрый внешторговец изо всех сил бьются за недвижимость. А как он презирает неудачников, лузеров жизненной схватки: всех этих убогих «пенсов» из правления кооператива «Красный партизан», учителя физкультуры, трусящего под дождём к троллейбусу – всю эту социальную мелюзгу, которую он про себя зовёт «замухрышками». И от них, от их убогого голосования, зависит, получит ли он свою недвижимость. Вот если бы он мог каждому подарить по дублёнке или хотя бы по рубашке от Пьера Кардена – рассуждает внешторговец, - тогда бы, конечно, всё прошло бы как надо.

В сущности, он далеко не богат: десяток дублёнок – вообще-то не запредельная цена для человека со средствами. Но важно не сегодняшнее твоё экономическое положение – важна направленность мышления. А положение – подстроится. Кандауров уверен: дублёнкой можно купить любого. А кого нельзя – тому надо прибавить ещё рубашку от Пьера Кардена. Мышление у Кандаурова вполне буржуазное, с уклоном в социальный расизм. Мне сравнительно недавно довелось писать о моде на социальный расизм, а возник-то он – вон когда, из какой временнОй дали к нам пришёл. Я уж давно говорю, что корень всех уродств нашего времени – там, в Застое.

По иронии судьбы вся возня в посёлке «Красный партизан» оказывается пустыми хлопотами: землю забирают под дом отдыха, дачки пойдут под снос, а активный внешторговец, похоже, тяжело болен и не поедет в длительную командировку, которую добыл борьбой и интригами.

Жизнь и отцов (старика и его бывших соратников), и детей, взыскующих недвижимости и тёплых местечек – всё приходит к мало вдохновляющему концу. Всё рассыпается в прах, вырождается - вроде как в «Господах Головлёвых».

Старики с грустью смотрят на суетящуюся молодёжь, но – ничего не осуждают, просто не понимают нынешней жизни. У Трифонова два выразительных старики – Летунов из «Старика», участник Гражданской войны, и дед героя «Обмена», старый революционер, осуждённый при репрессиях 37-го года, отсидевший, реабилитированный, вернувшийся; герой застал его в ранней молодости. Ситуация - как в поэме Некрасова «Дедушка»: там возвращается бывший декабрист. Но в отличие от некрасовского дедушки – судии и светоча, дедушка из «Обмена» никому не нужен и неинтересен: то, за что он когда-то боролся и страдал, - всё это забыто и поглощено бытовой вознёй. Более задорно ведёт себя старуха из «Другой жизни», но это свойство характера и темперамента, а по сути она – устарела и мудрость её и её покойного мужа смешна и нелепа.

Несомненно, в советской литературе о мещанстве как явлении и психологии обывателя писали многие – от Маяковского до Зощенко и далее, как говорится, по всем пунктам. Но там были какие-то особые персонажи, носители обывательского сознания. Они однозначно были объектом критики, их высмеивали, критиковали. («Страшнее Врангеля обывательский быт»).

У Трифонова – иное. У него обыватели –ВСЕ. А раз обыватели все – значит никакого обывательского сознания и нету вовсе. Ведь нечто существует только в противопоставлении иному. Берёза существует только потому, что есть осина и ёлка. А не будь их, существуй на свете только берёзы, они бы немедленно перестали быть берёзами и были бы просто деревьями, и больше ничем. Точно так и с обывательским сознанием. Если такое сознание у всех, значит, это просто нормальное сознание нормального человека – и больше ничего. То есть такая стала норма.

Трифонов прекрасно описывает эту норму. Его герои по уши погружены в быт, в какие-то склоки, свары – отношения. Равным образом на работе и дома. В НИИ кто-то с кем-то не разговаривает, кто-то кого-то подсиживает, кто-то формирует свою «кликочку»… ДОма ссорятся невестка со свекровью, тёща уедает зятя, даже за праздничным столом недружелюбно пикируются две интеллигентные женщины-родственницы.

Вероятно, таков стиль эпохи – бытовой. Собственно, это и понятно: когда нет больших идей и больших целей – на первый план выходит обывательское в обывателе. Каждый руководитель знает: когда коллектив не достаточно загружен работой, когда нет интересных занятий, какого-то развития – тут же возрастает накал склок и интриг.

Трифонов и сам оказался захлёстнутым этой бытовой стихией, сам попал во власть этого стиля. В те же годы он написал книжку о народовольцах – «Нетерпение», она вышла в Полтизидате в серии «Пламенные революционеры»; так что изображать Трифонова чуть ли не диссидентом и жертвой режима не надо: нормальный был советский писатель, вполне респектабельный, успешный, как сказали бы сегодня. О народовольцах, понятно, можно было написать по-разному. Например, сочинить идеологический роман – с теоретическими спорами, да хоть с философскими снами. Но Трифонов верен стилю эпохи: он пишет чисто бытовой роман с бытовыми же склоками и «отношеньками».

Кто-то наверняка скажет: нормальные люди во все времена живут бытом и «отношеньками». Это не так! Эпохи бывают более бытовые, когда в центре интересов частная жизнь, и «надбытные» - когда более интересна «большая» жизнь. Так вот в брежневскую пору произошло выраженное смещение интересов к быту. А других интересов попросту не осталось.

Оставшуюся от забот по жизнеустройству энергию трифоновские герои пускают на «культурные интересы»: увлекаются мистикой, устраивают спиритиеские сеансы. Действительно, в те поры в интеллигентской тусовке всё это вошло в большую моду. В этом были элемент всё той же фронды: на работе я бубню прописи советского агитпропа, а на досуге увлекаюсь творениями Блаватской или кручу тарелочки. Это очень верное наблюдение: в 70-80-е годы вошли в моду гороскопы, описания характеров по знакам зодиака и т.п. Всё это переписывалось, перепечатывалось на машинке на папиросной бумаге, с огромным интересом прочитывалось. Особенно, конечно, это было распространено в НИИ, где не надо было «гнать план» и жизнь была не слишком обременительной и обязывающей.

Ещё вот что любопытно. Трифонов постоянно возвращался к одним и тем же темам, характерам, сюжетным поворотам. Ещё учась в Литературном институте он написал роман «Студенты», он открывает первый том его четырёхтомника. Роман тогда (в 1950 г.) имел большой успех и даже получил Сталинскую премию, впрочем, третьей степени.

В «Студентах» описан его собственный студенческий опыт; правда, там институт назван педагогическим, а учился Трифонов в литературном. Главный герой, его зовут Вадим, критикует своего однокурсника и друга детства и прямо-таки вступает с ним в борьбу с привлечением комсомольской общественности. За что же? За то, что его друг Сергей – карьерист и думает только о построении собственной карьеры, чтобы «пробиться», т.е. вылезти наверх, а совсем не об общих успехах коллектива и даже не о сути своей будущей профессии, которой вообще не планирует заниматься. Современному читателю, особенно прошедшему какие-нибудь тренинги успеха или начитавшемуся литературы о постановке и достижении цели, чем нынче завалены все книжные лавки, так вот нынешнему читателю даже трудно понять: а что не так в поведении Сергея? Как по-другому-то бывает? Но тогда люди мыслили принципиально иначе. Не все, но – многие. По сюжету романа, первоначально Сергею удаётся не обнаруживать своих карьерно-эгоистических интенций, он получает именную стипендию, его выдвигают, он популярен на курсе. Но потом оказывается, что он мелкий эгоист да к тому же соблазнил девушку и списал часть своего реферата у какого-то аспиранта. Сергей разоблачён, хочет от стыда куда-то сбежать, но товарищи убеждают его возвратиться в родной коллектив и, так сказать, делом искупить свою вину. Сергей так и поступает; можно надеяться на его перевоспитание.

Одновременно с разоблачением Сергея разоблачается ещё один карьерист и мелкий эгоист – профессор Козельский. Тот всю жизнь только и делал, что строил свою карьеру, а преподавал формально, без души, без любви к делу и студентам. Взялся руководить научным студенческим обществом, а вышло скучно и неинтересно. За это его критикуют и комсомольцы-студенты, и партийная организация вуза. В результате он от греха увольняется, не дожидаясь, пока выгонят. Вероятно, Трифонов в свою студенческую юность наблюдал всякого рода изобличения и проработки, которые проходили в вузах в рамках т.н. «борьбы с космополитизмом и низкопоклонством».

Главным антагонистом профессора-карьериста выступает декан факультета, знавший его ещё гимназистом, до революции. Любопытно, что разоблачителями карьеристов, молодого и старого, выступают их друзья детства: Платон мне друг, но истина дороже; высшие принципы важнее дружеских чувств и принципа «своих не сдаём». Такая жизненная позиция диаметрально противоположна «кликочке» и «бандочке».
В сущности, тут разыгрывается базовый конфликт классицизма: борьба личный чувств и привязанностей и «долга» - высших принципов.

Прошло четверть века. И Трифонов до некоторой степени возвращается к темам и персонажам своей юности. Героя «Дома на набережной» зовут так же, как героя «Студентов» – Вадим. Мне кажется, это не случайно: имён что ли не хватает? Он тоже учится в неназванном гуманитарном институте. Но он – другой. И другим, как я понимаю, его сделало время. Не то, в которое он жил, а то, в которое писал Трифонов. Вадим-2 – не герой классицизма, он аккурат тот самый обыватель и карьерист, каких разоблачал и громил Вадим-1.

В детстве Вадим-2 жил в замоскворецкой коммуналке возле легендарного Дома на набережной. Жил и смертельно завидовал обитателям того громадного серого дома – уродливого творения Иофана. Он ходил в гости к своим одноклассникам из этого дома, ел там редкий по тем временам торт, играл недоступными себе игрушками и – завидовал. И копил силы для социального реванша. И – достиг. Стал известной фигурой в научном мире, директором института. А тот приятель детства, которому Вадим-2 смертельно завидовал, - спился, пал на дно и работает грузчиком в мебельном магазине. В этом есть своя жизненная правда: дети руководящих семейств часто оказывались «несамоходными» и быстро «сдувались», как только начальственные отцы уходили с должности, а то и вовсе из жизни. Тогда ведь нельзя было оставить сыну банк или корпорацию. Мне даже часто кажется, что вся возня приватизации была затеяна, чтобы обеспечить детей. Вернёмся, впрочем к Трифонову.

Вадим-2 – изначально обыватель: эгоист, карьерист, стремящийся к благам и должностям. Переменил знак и критикуемый профессор. Он, напротив, человек скорее идейный, студенты его любят и готовы заступаться за него, сочиняют даже какие-то петиции. Но Вадим-2 старается устраниться, ведь кто знает, как обернётся дело: вдруг повредит карьере? Стремясь держаться подальше от опального профессора, он даже бросает девушку, которую любил. Вернее как бы любил, потому что по-настоящему он любит только свою карьеру и свои удобства.

И вот что интересно: Вадим-2 не рисуется отрицательным героем, вовсе нет. Он – нормальный. Как все. Автор изображает его с сочувствием. «Относится с пониманием», как принято говорить сегодня. Вадим-2 вполне впитал в себя Время – время своего литературного рождения – 70-е годы, брежневский Застой. Так всегда происходит с литературными персонажами, даже если они из эпохи Ивана Грозного или античности.

Как было на самом деле? Вероятно, как и всегда – по-разному было. Однажды мне привелось задать этот детки-наивный вопрос – «Как было на самом деле?» - другу детства Юрия Трифонова детскому писателю Михаилу Коршунову. Я встретилась с ним в 1991 г. в незадолго до того организованном музее Дома на набережной; я зашла полюбопытствовать, а он там сидел.

Мы разговорились, в т.ч. о Юрии Трифонове, он мне кое-что рассказал о детстве в Доме на набережной. Отец Коршунова был, если я правильно запомнила, каким-то деятелем внешней торговли. Я была даже звана в его маленькую квартирку в многоэтажке на Калининском проспекте. Там я познакомилась с его женой, бывшей девочкой с того двора; они потом написали вместе книжку про Дом на набережной. Так вот Михаил Коршунов настаивал: никакого классового и социального антагонизма между детьми обитателей Дома на набережной и жильцами соседних коммуналок – не было. Вот не было – и всё тут. Все вместе учились, вместе играли, и люди ценились по их личным достижениям и талантам, а не по родительским заслугам. Кто во что одет, у кого что есть – на это как-то не обращали внимания, не было это в центре интереса.

Допускаю, что так оно и было. Я помню, моя бабушка в раннем детстве внушала мне: гордиться надо своими достижениями, а не родительскими заслугами; не вещами, а – знаниями и умениями. Это были 60-е годы, к тому же провинция – Егорьевск. А в 70-е, да ещё в Москве, уже подспудно формировалась «элита», «свой круг», «мой/не мой уровень». И острая жажда … чего? Да всего! Недвижимости, поездок, шмоток, тачек.

«Старики», грезившие о всемирном братстве, общем дружном труде, шедшие ради этого в ссылки и на каторгу – проиграли вчистую. Обывателю проиграли. Он-то, обыватель, и свалил построенную «стариками» - советскую – цивилизацию.

Он, обыватель, разросся и заполнил собой всё пространство жизни именно в 70-е. Об этом замечательно рассказал советский писатель Юрий Трифонов. Хочешь понять брежневскую эпоху – читай Юрия Трифонова. Жаль, что молодёжи он кажется нудным и «ни о чём». Очень даже «о чём»: о том, почему Советский Союз пал в зените своей силы и без единого выстрела.

Полностью согласен с тем,что Союз крякнулся не от каких-то там происков пендосов и ЦРУ,а от того,что люди устали от лжи и совкового вранья,они уже отказывались переваривать это.Люди просто хотели нормально жить.Просто нормально.

Скачаю аудиокнигу этого Трифонова и обязательно послушаю.ИМнтересно окунуться в ту атмосферу.
Вспоминается ещё фильм "Гараж".

Edited at 2015-08-06 12:28 pm (UTC)

Дурак ты. И уши холодные.
Оказалось то, что в СССР БОЛЬШЕ правды говорили, чем говорят сегодня. СССР съели хорьки, вроде вас, для которых "нормально жить"! - Это Хельга с рюшечками, а не, скажем, познание мира, не творчество, не интерес к другим людям. Говно, вещизм - ваша суть. Быдло - и есть быдло хрюкающее и чавкающее.

Edited at 2015-08-06 01:01 pm (UTC)

Трифонова не читал. Совсем. И по содержанию Вашей статьи понял, что захлопнул бы его на первых же страницах. Всё верно, но лишь применительно к Москве. Довольно часто бывал в министерстве и противно было слышать разговоры лиц мужского пола о новых мебельных гарнитурах... В провинциальных городах вопрос о длительных заграничных командировках вообще не возникал. А в зеленоградах погоду делали совсем другие интересы.
Но, к сожалению, рыба гниёт с головы, а революции, как и контрреволюции, совершаются в столицах.
А насчёт смерти советского человека Вы несколько погорячились.

Edited at 2015-08-06 12:47 pm (UTC)

Поддержу. Так и было. В немоскве таких обывателей насчитывались единицы процентов. И они зачастую выпадали из общего круга общения. У НАС в выходные были походы, соревнования, выходы на природу. А ОНИ в понедельник хвалились новыми "штанами" или кофточками.

(Deleted comment)
(Deleted comment)
Засадила садик мило,
дочка,
дачка,
водь
и гладь -
сама садик я садила,
сама буду поливать.
Кто стихами льет из лейки,
кто кропит,
набравши в рот -
кудреватые Митрейки,
мудреватые Кудрейки -
кто их к черту разберет!
Нет на прорву карантина -
мандолинят из-под стен:
"Тара-тина, тара-тина,
т-эн-н..."

Edited at 2015-08-06 01:00 pm (UTC)

Спасибо, умеете Вы суть событий усмотреть. Все верно, подтверждаю как свидетель. Конечно, хорошо бы так же под микроскопом и причины рассмотреть, но это отдельная тема. Надеюсь и для нее Вы как то выкроите время.

"Конечно, хорошо бы так же под микроскопом и причины рассмотреть, но это отдельная тема."


та чо там? причины развала Совка у Рыси давно названы:
1.гнилая интеллигенция
2.не очень гнилая интеллигенция
3.теперь вот, еще "обыватели", тоже, надо полагать, интеллигентные

или вы про камуняк интересуетесь? так они у Рысе ни при делах. ни ухом ни рылом. их америкосы закодировали. теперь они сами выучили НЛП, как Рысь, и теперь их так просто не проведешь. на доллары не купятся. эти уже НЕ обыватели и НЕ лавочники. ну.... разве шо... за оч.большие деньги. наличняком. а так.... НЕТ. ОНИ УЖЕ НЕ ТАКИЕ.

Просто "обыватель" - это естественное состояние человека, а "идейный" - все-таки нет. Поэтому система, опирающаяся на "идейных" - обречена на развал по умолчанию.

От человека зависит.

И. Христос сравнивал идейных с солью, видимо желая подчеркнуть малость их количества в общей человеческой массе.

Советский человек был человеком смысла. В остуствии смысла такие люди засыпают. А активными становятся "люди брюха". Какой смысл предлагали после войны совестские вожди? Чтобы советский человек жил так, как на Западе живут только буржуи. Наесться сыто советский строй позволяет, а вот нажраться и развлечься разнообразно - нет, для этого нужен рынок и капитализм. Понятно почему так легко все сдали социализм. Считаю наиболее показательный фильм на данную тему (почему-то считающийся комедией) - "Старый Новый год".

Прежде всего

советский человек был фикцией, порождением жанра соцреализма. А Трифонов реалист - потому и не печатали.

И никто ничего в совке не сдавал, просто перестали врать, а стали называть вещи своими именами.

И никто не запрещает идейным гражданам жить по совести - ну вот возьмите хоть, к примеру, Иисуса с апостолами - ходили себе, побирались, проповедовали. А ведь времена тогда были посуровее нынешних.

интересный разбор.
Я почему-то думал, что Трифонов совсем старый, а он вобщем-то мог все еще жить.

В поздний социализм номенклатура совсем отделилась от реальной жизни простого народа, вот и новый классовый конфликт. Он был не очень заметен, пока было хорошее экономическое положение. Всем хватало. А когда начался спад экономики-тут и тряхнуло. Молодеж возопила-мы ждем перемен и пошло поехало.

а мог бы и все еще уже не жить. 25-го года не все дожили до 81-го.
Но - в 19 лет поступил в Литературный институт (в 44-м)
видно, революционные гены помогли...

Совки (они же - "советские люди"), к сожалению, не умерли. Этот пост сие подтверждает. Перефразируя Ленина: коммунизм умер, но труп его будет еще долго смердеть.

Koммунизм-то тут причём?

Это, по Марксу, социально-ориентированное общество, являющееся переходным от капитализма по Марксу же, к т.н. царству свободы опять же по Марксу. Оживи Маркс, вполне возможно счёл современное западное общество именно коммунистическим, по крайней мере в первой его фазе.

Так что, как говорил Додо Алисе, не надо использовать слова, значения которых не знаете.

Социализм оказался неустойчивой системой.
Когда элите понадобилась передать по наследству свое положение/имущество, а порядки СССР им в этом мешали - элита тут же разобрала СССР. Остановить элиту оказалось некому.

В социалистическом СССР считалось, что хорошо работать и прочая - должны заставлять морально-этические качества людей. Ошиблись.

В капитализме - хорошо работать и прочая - заставляет конкуренция и безработица. Жестко, асоциально, несправедливо... но это работает. This really works.

Всем желающим построить социализм/коммунизм сперва нужно суметь преодолеть системную неустойчивость его, вызванную тем, что люди разные и не-идеальные, и других нету.


Преодолеть её просто - карая порок и вознаграждая добродетель. Но никак не наоборот.

А конкуренция и нищета никоим образом не являются стимулами к работе и качеству, они являются стимулами к воровству и сокрытию некачественной работы.

Edited at 2015-08-06 03:21 pm (UTC)

(Deleted comment)
(Deleted comment)
Посмотрите тезисы "теории синего мира" профессора Лопатникова.
Там сказано лучше, чем я скажу в комментарии

http sl-lopatnikov livejournal com/970863.html

посмотрел эти тезисы на кой ляд их 100штук целых? этот профессор с лопатой именно вот человека с лопатой и напоминает = перелопатил всё, что мог, до чего его лопата дотянулась, а главного не сказал, откуда это МОГУЩЕСТВО у элиты берется? т.е понятно, что просто ВОРУЕТСЯ у ЛОХОВ? а лохи чо? тупо терпят? всегда? ну, в Орде, наверное, всегда, а мы вот взяли и кинули своего ЭЛИТ=ВОРЮГУ. И СЛЕДУЮЩЕГО КИНЕМ. ЧЕРЕЗ МАЙДАН. пока воровать не перестанут. СИНИЙ МИР, мля, он только в Орде у вас такой. да еще и на ПОСТСОВКЕ. типо, Бога нет и всё позволено. а вот Бог есть и не всё "могучим карлегам" позволено. скоро убедитесь. а то эти лилипутинцы в конец обнаглели.

кстати, Путин, всю эту болтологию сокращает до 1(одного) землекопа: ВЕСЬ МИР ВОРУЕТ и МЫ БУДЕМ. а то этот землекоп, тут много налопатил што-то. аж 100 тезисов, для мира ВОРОВ = это дофуя шота. Путин всё-таки талант, умеет кратко изложить суть вопроса: "она утонула". и всё. и у матросов = нет вопросов. всё ясно. а вопросы все тока у СК. ко всем, кто возникает много.

вообше, тщательнЕе надо этим землекопам готовится, а не так: бери больше = кидай дальше. тщатильнЕе. а то мы посмотрим еще, кто из нас лох. НА СЛЕДУЮЩЕМ МАЙДАНЕ.

Очередные "многа букфф" ни о чем. Не надо, не читайте Трифонова, молодежь - ничего нового вы не узнаете, как и из этой статьи. Давно и хорошо известно, что КПСС переродилась в партию карьеристов и мещан, и погубила предательством свою страну и народ. Чуть менее понято, что начав с отрицания Духа, Бога, ничем другим она кончить и не могла. Все это было предсказано еще чуть ли не Достоевским.

То есть как не читать?

Летнее чтение для школьной программы.

Поддержу комментарий выше, что это описание касается , в основном, Москвы. И то не всей!
Приехала в Москву в 70-е из Воронежа. Год работала в НИИ. Все те ниишные бездельники теперь пасутся на Эхе, Болотной...
Но была и другая Москва, работающая.
А уж за пределами и вовсе было иначе.
И так называемая элита была далеко не вся ,как у Тр- ва.
Я его не любила читать.

С чего за пределами Москвы быть иначе, все тоже, ну может несколько мягче... Так же в НИИ молодые специалисты горели в первые годы, пока не надают по рукам и мозгам и не становилось ясным, что к науке все это имело косвенное отношение, ну по крайней мере не ее передовой фланг и начиналась борьба за степени, звания, должности, членство в партии, квартиры и другие блага.

Про подобное перерождение неплохо писал и Виль Липатов.Тоже вот перечитываю сейчас-"Сказание о директоре Прончатове".И позднего - "Игорь Саввович". БОЛОТО ЗАТЯГИВАЕТ ПОСТЕПЕННО. А социализм,точнее коммунизм,возможен только в теориях...Вся практика в России все равно ведет к "смерти советского". Ибо теория всегда разойдется с практикой,и жизнь многообразнее партийных установок.

Болото возникает там, где нет смыслов, где торжествуют догматизм и редукционизм, где невозможно говорить правду. И неважно - Россия это, Америка или Антарктида, социализм или племенной строй.

Вы конечно извините, но писать о быте и обывателе, сидя на Кипре, где все построено вокруг быта и удобства обывателей - это лицемерие и фиглярство

А о чём следует написать на Кипре - об Афродите? Посоветуйте.

Закономерный Ход Развития СССР

как говорится: "слухи о моей смерти сильно преувеличены" Совок.

Т.е Совок никуда не делся, а так тока... слегка доРАЗВИЛСЯ, до гэбэшно-ментовской Мафии, все зачатки которой родом ОТТУДА, из Совка, в основном, из брежневского "застоя".

а, по сути, брежневская Мафия просто ЛЕГАЛИЗОВАЛАСЬ. и всё. и Ордой теперь правит не ОТЕЦ НАРОДОВ, а КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ, тока и всего. кстати оч.символично, что этот теперь с "КРЕСТОМ" :))

(только не надо путать КРЕСТА и ХРИСТА, эт оч.разные СПАСИТЕЛИ:))

я кстати, всё больше склоняюсь к мысли, что это ЗАКОНОМЕРНЫЙ ХОД развития всех этих ушлепнутых соцсистем. типо, Кетая, Сев.Куреи итп ушлепков. для виду будут в Политбюро старые пердуны, надувать щеки и шевелить усами, а на местах всем будут керовать менты с гэбней. и собирать дань для паХАНА.

Закономерный Ход Развития СССР, как следующей дегенеративной разновидности Орды.

Re: Закономерный Ход Развития СССР

А, вот, некто Виктор Франкл говорил, что в мире есть всего две нации - порядочных людей и непорядочных. К чему бы это он?..

Современный обывательи дёт ещё дальше:http://shakkar.livejournal.com/40527.html

Прочитала. Очень старается товарищ быть современным, успешным, агрессивно-достигательным.

невозможно обвинять нищих в вещизме

люди были нищими, и не имели никаких шансов быть другими. Пирамида Маслоу не может висеть без основания

Вы были нищим? Я не был.

Почитал коменты и засомневался - достигло наше общество дна или нет? Судя по большинству у нашего общества не то что будущего нет, уже нет и настоящего. Совок погиб, капитализм в конвульсиях - чем вы живете ребята?

Мне кажется, всё вот-вот изменится.

Браво, браво! И это без малейшего сарказма, Татьяна Владимировна. Теперь бы выяснить, что именно поспособствовало скатыванию в обывательство. Застой - это слишком абстрактно, беспредметно.

свободa выбирать между добром и злом


Скажу честно, мне про обывателей и про их "протыривание" к "вершинам их счастья" читать не интересно. Так что Трифоново - не мой писатель.

А что касается падения СССР, так один из аспектов, напрямую свызанный с типажами Трифонова, так это. по моему мнению, лишение человека свободы воли, свободы выбора между добром и злом.

Вот часто говорят, что почему Бог допускает войны и гибель тысяч ни в чем не повинных людей, детей и так далее. Мудрые люди на это отвечают, что Бог остваляет человекуу свободу выбора между добром и злом. Елси бы Бог убрал зло из нашей жизни, то таком образом он бы избавил человека от выбора, а значит лишил бы его этох свободы, свободы выбирать между добром и злом.

А СССР был ориентирован на добро, он заставлял (в своих конечных целях) людй быть добрыми, справедливыми, трудолюбивыми, честными, стремитъся к высшим целям и так далее. Таким образом государство пыталось играть роль Бога, но Бога, лишающего людей свободы воли, свободы выбора.

Поэтому "образы зла" были столь привлекательны в художественной литературе и кино. Вспомните Андрея Миронова во многих его ропях, хоть в "Бриллиантоовй руке", хоть в "Обыкновенном чуде".

После падения СССР в мире стало непропорционально много зла. Оно потеряло свой привлекательный образ (ну, или теряет, надеюсь). Если не получится создать мощный полюс добра в мире, то чрезмерное усиление полюса зла приведет к краху цивилизации. Но, как писал Достоевский в "Братьях Карамазовых", "церковь сама держится на 10-ти праведниках. Но покуда эти не преводятся, то и пребывает вовеки".

Так что, "пока живу, надеюсь".

Re: свободa выбирать между добром и злом

Я тоже.

Если я не ошибаюсь, то буржуазное мышление есть мышление протестантское. То есть ешь мало, работай много, и сколотишь капитал. Соответственно, обладай Кандауров буржуазным мышлением, то за шубу никого покупать бы он не стал - это убытки и издержки. Вот приобрести забесплатно, это хорошо, можно нарастить капитал, ничего не потратив..

А то, что я читаю, больше похоже на мышление торгаша. Купить всех с потрохами, и квартиру, и правление, и физкультурника - всех. Для этого нужны деньги, или шубы, как расчетное средство. Главное, чтобы покупаемые так же считали деньги или вещь расчетным средством, чтобы их можно было купить. То есть торгаш лучше всего чувствует себя в среде таких же торгашей.

Причем здесь буржуазия, исторически бросившая вызов вот таким карьеристам и торгашам? Потому что она не смогла их победить?

Совок-Орда: как правильно делать правильный голодомор

Продолжаю настаивать, что никуда СОВОК (СССР) и "советский человек" не делся (к сожалению?:), просто называется теперь "русским", поэтому, кто сейчас против совка, тот теперь и, автоматически, "русофоб":)

т.е повторяю, НИКУДА СОВ.ЧЕЛ НЕ УМЕР, как пытается обнадежить нас Рысь, тыча нам под нос неизвестного никому Трифонова, а также, как и 100, да и... чо греха таить? также, как и 500! лет назад, начиная, пожалуй, с сакрального для всея масквы, предтечи сталина = ИУДУШКИ ГОЛОВЛЕВА ДУШКИ-ЧЕЛОВЕКА = ИВАНА ГРОЗНОГО (а уж никак не от киевского князя Владимира берет начало московская ордомонголия, как пытается впихнуть нам сейчас, очередную истерическую лажу, Кремль:), вечно живой СОВОК=РОССИЯ продолжает, со всеми своими СОВЕТСКИМИ МАРАЗМАМИ, как и прежде, продолжает "отжигать пармезан" на Кр.Площади:)) грозя капиталистическим супостатам, как всегда, ГЕНОЦИДОМ собственного (или кого-то из "братских" = новгородского, киевского) народов, т.е пытается напугать Запад и "братские народы" = очередным РУКОТВОРНЫМ ГОЛОДОМОРОМ. ЧТОБЫ СЛУШАЛИСЬ.

правда, это РИТУАЛЬНОЕ СЖИГАНИЕ и ВЫТАПТЫВАНИЕ ЗАМОРСКОЙ ЖРАТВЫ НА ГЛАВНЫХ ПЛОЩАДЯХ РОССИИ-ОРДЫ выглядит на этом, на "232витке" ордынской истерии, пардон, истории, как ФАРС :)) но ордынские эколохи, и это.... самое... нелюбимое большевиками, "говно нации", вшивая интеллихенция = ЗАВОЛНОВАЛИСЬ!

Оригинал взят у yurnik_br в "Эпидемия таки будет. Если не остановим"
yurnik-br.livejournal. com/78503. html

"Ребята, я крайне редко прошу о перепосте, но сейчас прошу. Если не распространить информацию, если не показать, чем это грозит, мы получим серьезную беду. Такую беду, что голодомор золотым веком покажется. Тупые холуи, спешащие поскорей исполнить указание из Кремля, творят невероятное, противоречащее здравому смыслу, Закону и всем возможным нормам. Не остановим – пропадем.

Рассказываю, в чем беда.

Я уже говорил, что есть только два способа уничтожения ветеринарных конфискатов ‒ сжигание и обеззараживание в биотермических ямах. Есть еще возможность переработки на ветеринарно-санитарных утилизационных заводах по достаточно сложной, энергоемкой, не быстрой и недешевой технологии.

Но вот, читаю я, чиновница Россельхознадзора Юлия Мелано рассказывает, что в Белгороде под уничтожение попали 10 тонн сыра: «сначала продукцию раздавят при помощи катка, а затем переместят в специально выкопанную яму».

Вы понимаете, что началось? Мясо и прочие биоотходы сейчас начнут уничтожать креативными способами. Россию очень быстренько превратят в страну гниющего мяса. Это ‒ прямой путь к эпидемии.

‒ «создает угрозу распространения тяжелых заболеваний»;
‒ «является угрозой возникновения эпидемий, чрезвычайных эпизоотических, экологических ситуаций, представляет опасность для жизни и здоровья людей».

Если не остановить беспредел холуев, нам кранты. Прошу распространять информацию, привлекать журналистов. Жить очень хочется!"

КАПЕЦ. милые, милые, РУССКИЕ=СОВКИ. ОНИ ВОЛНУЮТСЯ, ОНИ ЖИТЬ ХОТЯТ! В ОРДЕ БЕДА! "такая беда, что голодомор золотым веком покажется". НАДО ОТЖИГАТЬ ПАРМЕЗАН ПРАВИЛЬНО! согласно санитарным нормам! не, ну... бля, извините за выражение, цензурных слов уже НЕ осталось:)

вот вам и факты, и все ПРИЗНАКИ АКТИВНОЙ ЖИЗНИ вечно живого СОВКА, все его МАРАЗМЫ, кот не тока СОХРАНИЛИСЬ, но даже и преумножились. а ПРОПАГАНДА? талантливая геббельсовская СОВЕТСКАЯ пропаганда? может она ПОМЕРЛА??! :)))

нет, нет и нет. ЖИВА и СОВЕТСКАЯ ПРОПАГАНДА и щаз очень мило, буйно фантазируя, отмывает до бела очередного ЧЕРНОГО КОБЕЛЯ = херкина-стрелкова с его дрессированными путлером зелеными "вежливыми" бандитами, посетившими Украину на своем детище СОВЕТСКОГО же "военторга" = Буке Мэ.

и, когда уже всему миру ясно, кто сбил малазийский боинг, ооновская чурка, невинно хлопая глазами, требует продолжение банкета! разбирательств. плетя обычные и совсем уже фантастические ордынские хитрости.

и.... кто не застал этого МАРАЗМА и ОРДЫНСКОЙ ТУПОЙ БРЕХНИ в СОВКЕ, тому, канешна, не понять. как это так? такой гарный был совочек и так резко ВДРУГ обломился:))

но... для этого Бог и ПОВТОРЯЕТ ВАМ, ДЕБИЛАМ, ДЯТЛАМ ОРДЫНСКИМ, ИСТОРИЮ, в лайт-варианте, пока, чтобы вспомнили и не забывали. СОВОК СВОЙ СРАНЫЙ.

ЧТОБЫ ЗНАЛИ(с)


Edited at 2015-08-08 08:23 am (UTC)

Re: Совок-Орда: как правильно делать правильный голодом

Чё разорался-то капсом?
Вот при проклинаемом тобою совке контрафактную продукцию унитожали бы по правилам. Потому что правила рулили.
А щас - чё попроще и подешевле. Потому что смысл уничтожения - не в экологии, а в экономике. Уничтожают продукцию в первую очередь из-за её контрабандного происхождения, а не из-за опасности для "социума"

Позволю себе комментарий
я думаю, что слово "быт" очень близко по смыслу передается выражением которое точно есть в итальянском французском и испанском и переводится как "повседневная жизнь",а в сочетаниях переводится как "насущный", например хлеб насущный - это дословно "хлеб каждодневный".
Просто в Европе это слово нейтральное, потому что всему свое место и свое время. В России, а раньше в Союзе - это был камень преткновения. Высокие идеалы устремленные в будущее и жизнь в не обустроенном быту, который вместо устроения удостаивается презрения, или наоборот возвышался до смысла и цели.
Что поделать - русский человек разбрасываться не умеет.

по советским лекалам

в том то и дело, Совка, кагбэ уже давно нет, а Рысюня всё лепит советские передовицы, отдыхая В СОБСТВЕННОМ ДОМЕ на Кипре. абрамович тоже "русский человек" выкупил целый район в Нью-Йорке, завалит его и построит на его месте 1дом = СЕБЕ. Что поделать - русский человек разбрасываться не умеет:) а мы будем обсуждать их "БЫТ". по советским лекалам.

маленький секрет

вообще, ну, раз я всё знаю, то открою вам всем маленький секрет, обывателей всегда не менее 30%, есть еще ГРАЖДАНЕ этих как правило 60%, остальное ЭЛИТА = 10%. в нормальных странах. эт так-скать НОРМАЛЬНЫЙ РАСКЛАД. 30% - обыватели. 60% - граждане. 10% - элита. но СССР НИКОГДА не был НОРМАЛЬНОЙ СТРАНОЙ. потому что ГРАЖДАНАМИ в нём тока зэков так называли. поэтому он и развалился. т.е Рысь совершенно правильно указала фактор развала = это ОБЫВАТЕЛЬ. вот тока ГРАЖДАН в Совке никогда не любили, да и России-матушке их тоже не жаловали. но чтобы только ЗЭКОВ называть ГРАЖДАНАМИ, до этого не доходило, а сейчас кому-то скажи ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО = сразу в пидарасы запишут:)

т.е СССР изначально делал опору на обывателей. потому как граждане в Орде не приживаются. быстро в расход идут. хотя, сразу после революции было в ходу такое звание.

кстати, эта пропорция 10-30-60 сохраняется, независимо от того кого в данный момент больше ГРАЖДАН или ОБЫВАТЕЛЕЙ, бывает, что и ОБЫВАТЕЛЕЙ больше = 60%. и зависит это от пропорций в ЭЛИТЕ. сколько там "граждан" и "обывателей". кого там больше, того и в стране большинство. т.е как Рысь ни крути, а сильно крутить не рекомендуетмя, особенно с такими знатоками, как я:) а ВСЁ РАВНО ВСЁ В ЭЛИТУ УПИРАЕТСЯ. рыба гниет с головы.

а вы всё время козла отпущения ищите, то интеллигенция вам виновата, то обыватель. никак вы настоящего виновника "не замечаете". ЭЛИТКА ПОДКАЧАЛА. СОВЕТСКАЯ ЭЛИТА. причем, это не обязательно те, кто в Кремле сидит. вернее, не только те. но и дворник "дядя Вася" может быть ЭЛИТОЙ, если его люди слушаются, советуются с ним. он тоже в тех 10%. просто неформальная элита. скрытая. не на виду.

Edited at 2015-08-14 07:59 am (UTC)

«Старики», грезившие о всемирном братстве, общем дружном труде, шедшие ради этого в ссылки и на каторгу – проиграли вчистую. Обывателю проиграли. Он-то, обыватель, и свалил построенную «стариками» - советскую – цивилизацию.

Это ебаный пиздец.
Надо перефразировать: "поебень долбоебов-коммунистов была отвергнута здравым смыслом новых поколений".
Мечтать о космосе, всемирной справедливости, братстве может лишь тупой кацап без мозгов, т.е. коммунист. То, что здесь названо "обывателем" - это обыкновенный человек, которых хочет жить в своем доме, стирать свои вещи в стиралке, а не в пруду, и жрать колбасу, а не читать Маркса вместо обеда.

Долбоеб, который идет в ссылку ради бесплатного труда для всех всегда проиграет. Тем более человеку, осознавшему свои личные потребности.

Именно поэтому совку пришел пиздец. И именно поэтому современная фашисткая Пидараша с ее манией "рускава мира" будет окончательно погребена под своими развалинами. Потребности всегда сильнее идей. Цена на Брент сильнее, чем ахинея карликового маньяка из Кремля.

Абсурд - это всегда временно. Он не может длиться долго.

Потребности всегда сильнее идей.

Разные вообще-то бывают потребности.... Странно, что теперь, когда проклятые коммуняки свергнуты и всё вроде в порядке некоторые люди раздражены до озлобления, т.е. , как видно. не обрели счастья.

?

Log in