domestic_lynx (domestic_lynx) wrote,
domestic_lynx
domestic_lynx

Category:

ПОЧТМЕЙСТЕРЫ И ТОРГОВЦЫ

Дмитрий Страшнов, нынешний начальник Почты России обещает: «До конца года сократим 30% управленцев».

«Сегодня на одного сотрудника управленческого аппарата в Москве приходится два подчиненных — это нонсенс, - говорит Страшнов. - Мы рассчитываем до конца года на 30% сократить штат управленцев в Москве: вместо 1 тыс. сотрудников останется около 700». По его словам, сокращение аппарата затронет не только Москву, но и регионы.
"Однако хочу подчеркнуть, что эти изменения не затронут основной производственный персонал, в том числе почтальонов и операторов. Сэкономленные таким образом деньги будут трансформироваться в зарплату рядовых сотрудников, мы будем поднимать зарплаты тем, чей доход намного ниже рыночного уровня", - отметил Страшнов.
Он также сообщил, что уже в текущем году ФГУП "Почта России" намерена поднимать зарплаты рядовым сотрудникам - в первую очередь операторам связи и почтальонам.
А у меня по части почты личные воспоминания.
В детстве я часто получала посылки от бабушки из Тулы. Это было огромной радостью – получить извещение и пойти на почту, а оттуда притащить фанерный ящик, на котором чернильным карандашом написан наш адрес и адрес отправителя. До сих пор помню бабушки учительский почерк. Современные люди наверняка не знают, что такое чернильный карандаш. Это простой карандаш, на вид самый обычный. Но стОит его намочить - он начинает писать чернилами, сине-фиолетовыми. А высохнет – опять превращается в обычный серо-простой. Была даже специальная резинка для стирания чернильного карандаша - красноватая, в отличие от белой для простого. Действовала она, правда, неважно. Так вот для лучшего эффекта рекомендовалось не мочить чернильный карандаш, а слегка смачивать поверхность, на которой писали. Думаю, бабушка знала все эти секреты, и надпись на фанере у неё всегда была отменного качества.
Посылка приносилась домой, клещами вытаскивались мелкие гвоздики, которыми она была заколочена, ящик открывался и… И ничего. Там ещё был полотняный мешочек, в котором, собственно, и хранились гостинцы: кукла, о которой давно мечталось, хорошая книжка или, чаще всего, что-нибудь вязаное – кофта, шапка с шарфом, а то и целый костюм. Помню, лет в 10 был у меня роскошнейший, чрезвычайно мне идущий костюм, василькового цвета, связанный бабушкой – юбка и жакет на подкладке. Бабушка была исключительная рукодельница; живи она в наши дни – непременно была бы дизайнером, а тогда – учительницей начальных классов. Сколько она всего успевала! И работала, и молодых учителей наставляла, и депутатом была, и вязала. А читала сколько! Правда, у неё не было телевизора, только радио, а его можно слушать без отрыва от дела. Нередко фанерный ящик оказывался наполнен отборными душистыми яблоками из бабушкиного сада. Тогда никакого полотняного мешка не было, открываешь – и вот тебе яблоки. Антоновка какая была! Вообще, бабушка казалась мне волшебницей. И домик её с садом, и малюсенькая спаленка с высокой кружевной кроватью под фикусом, которую она в дни моего пребывания уступала мне – всё было волшебное. И посылки были тоже немножко волшебные. Потому и почта казалась мне чем-то немножко волшебным.
Посылочные ящики использовали для хозяйственных надобностей, иногда сжигали в печке, если не требовались (у нас была печка на кухне, впоследствии заменённая газовой плитой), а фанерная крышка с адресом шла мне для катания с горки. У нас между сараями, которые стояли рядами вдоль склона (дом был в низине), заливали зимой горки. Вот по этим горкам мы и катались на фанерках. Сообщество тщательно следило, чтобы не дай Бог у кого-то не оказалась фанерка с гвоздями, царапающими лёд. Такие с позором изгонялись. Я этого безобразия не допускала: гвозди из моей фанерки были тщательно вытащены.
Ещё почта была источником ужасно интересных вещей – открыток и журналов. В детстве это были «Весёлые картинки», называемые в моём тогдашнем окружении «Весёлки». Мы с моей подругой Люсей знали всех героев «Весёлых картинок», разгадывали все загадки, пытались мастерить поделки – в общем, использовали журнал на все сто. Теперь, в пору информационного изобилия журналы просматриваются, пролистываются, а тогда – изучались. Ещё почта приносила открытки – красивые и разные. К Новому году, ко дню рождения… Недавно в каком-то музее я наткнулась на выставку открыток и сразу узнала те, давние, из детства. Все они узнаваемого дизайна – того лёгкого, полупрозрачного лаконичного стиля 60-х годов. Он перешёл ив 70-е: открытки печатались бешеными тиражами, не пропадать же добру. В новый год была модна космическая тема: сплошные ракеты. Сам новый год изображался в виде мальчишки, прилетающего на ракете, вроде той, что были в парках на каруселях: в этой ракете «космонавт» помещался лишь ниже пояса, а всё, что выше, - выглядывало. В 70е годы открытки стали серьёзнее как-то, помпезнее, да и полиграфически совершеннее. Я их копила, складывала в жестяную коробочку с картинкой, изображающей «три девицы под окном». Эта коробка где-то хранится у моей дочки.
Ещё почта была связана с подпиской на газеты и журналы. Каждая советская семья выписывала домой несколько периодических изданий: коммунисты – «Правду», комсомольцы – «Комсомольскую правду», пионеры - «Пионерскую правду», учителя – «Учительскую газету». Отец мой выписывал «Социалистическую индустрию». Самые интересные были, пожалуй, «Литературная газета» и «За рубежом» - они же самые дефицитные, на них подписка была ограничена. Но это уже воспоминания второй половины школы. «За рубежом» - удивительное издание: переводы самых интересных статей из зарубежной прессы. Конечно, они были тенденциозно подобраны, но любой подбор – всегда тенденциозен – по самому факту подбора, выбора. Но до сих пор у меня сохранилось впечатление, что тогда мы были как-то лучше, объёмнее что ли, глубже, информированы о происходящем на планете.
Чтобы подписаться на газету/журнал надо было пойти на почту и заполнить маленький бланк. Забавно, что ровно такие же бланки полагается заполнять и сегодня. Вплоть до недавнего времени на почте нашего посёлка без затей лежали ТЕ, советские балнки. Сейчас их заменили на ровно такие же, но российские.
В новой России я очень мало о общалась с почтой и уж точно не заходила ни в каки почтовые отделения помимо нашего, сельского. Пока не приключилось вот что.
Поздней осенью 2011 года моей дочке пришло в голову поучаствовать в некоем детском конкурсе. Почему-то нельзя было слать свои произведения по электронной почте, а велено было – по обычной, в конверте (приложив, впрочем, своё произведение на диске). Она очень боялась: вдруг на нашей подмосковной почте её творение затеряется или не успеет дойти до Москвы, и вот мы отправились на самую главную почту – на Главпочтамт, на Тверскую.
Никак не ожидала, что посещение всего-навсего почты может произвести столь глубокое впечатление! Делаешь шаг с роскошной Тверской с европейскими магазинами, изысканными ресторанами, нарядной публикой – и… и погружаешься в глубокое прошлое. Притом даже не в столичное прошлое, а какое-то провинциальное, почти сельское. В зале, где принимали заказные письма, помимо собственно почтовой работы торговала ещё и пособиями по садоводству и огородничеству, детскими книжками, какой-то нужной в хозяйстве мелочёвкой. Точно так делают на почте и у нас в посёлке (по весне у нас даже семенами торгуют), но у нас, понятно, - дерёвня, а тут главный почтамт, от Кремля рукой подать. Утомлённые женщины за стеклом работали медленно и как-то безнадёжно, создав долгую очередь из пяти человек. В соседнем окне подавали бандероли. Граждане отходили к столу, где стояла баночка из-под майонеза, наполненная рыжим клеем, из которого торчала неопрятная кисть, и мазали свои отправления. Я вспомнила этот клей! Точно такой был на почтах в моё давнее провинциальное детство, только там рядом стояла ещё чернильница с макательной ручкой, которая в других местах уже не встречалась. Работницы Главпочтамта были к посетителям по-советски суровы, в объяснения не входили, а неправильно заполненное – без церемоний просто совали назад, даже не пытаясь помочь бестолковому в заполнении. Это усугубляло эффект возвращения в прошлое. Объяснение я нашла на стенке: там висело объявление, приглашающее поработать почтальоном за 10 тыс. руб. в месяц и оператором – за 15. В Москве серьёзного работника за такие деньги не наймёшь и спросить с него за работу серьёзно тоже нельзя. На такую работу идут люди, махнувшие на себя рукой в организации, которые тоже махнули на себя рукой. Именно такова Почта России. Была.
Теперь она под водительством нового начальника будет реформироваться. Внушает определённые надежды происхождение Дмитрия Страшнова – он пришёл из бизнеса, где требуется достигнуть какого-никакого практического результата, а не просто провести определённое количество заседаний и принять надлежащее число постановлений, что классический чиновник, воспитанник департамента («дьяк, в приказах поседелый»), считает целью и итогом своей деятельности.
Отправной пункт, избранный реформатором, – сокращение непомерно разросшегося штата начальников. Огромность этого штата указывает на то, что этим ведомством никто в верхах всерьёз не интересовался: любая организация, особенно казённая, будучи предоставленной сама себе, неконтролируемо наращивает количество начальников. Вот теперь их и решили шугануть. За счёт начальников обещают увеличить зарплату рядовым работникам.
Это безусловно правильное решение – сократить начальников: не дело, чтоб на двух клерков был один босс. Кое-что можно таким манером выгадать на зарплаты реальным работникам. Это хорошо и правильно. Но дела не решит. Чтобы улучшить работу почты существенно, надо прежде понять: а чего мы ждём вообще от почты? Может, и не нужна она – в наш век компьютеризации и универсального прогресса? Вообще, во всех наших реформах без исключения не хватает главного – образа результата.
Кто и зачем пользуется почтой? Писать письма? Их теперь не пишут – их «скидывают по электронке». С уходом старшего поколения (скажем так: рождённых до 1950 г.) – никто никаких бумажных писем писать не будет. Разве что туристические открытки: «Привет! А я на море!». Вот, кстати, и огромный потенциальный трафик – открытки. Хочешь запечатлеться в истории? Создать собственную историю? Пиши открытки. Поздравительные. Плюс из каждого пункта, куда тебя забрасывает судьба. Считайте: штук пять поздравительных и штук пять «географических» - вот вам и десять отправлений в год. Если приучить народ это делать (как приучили болтать по телефону или есть витамины) – вот вам и десятки миллионов открыток. Через пятьдесят лет твоя открытка станет антиквариатом, а строчки, писанные нетвёрдой рукой первоклашки: «Дорогая бабушка! Привет тебе из Турции» - фактом семейной истории. На почте (только на почте!) можно продавать специальные, красивые с особой печатью и подписью министра связи коробки для хранения этих исторических открыток. Марки для них какие-нибудь особые выпустить: любимой бабушке, дорогому дедушке. Реклама нужна: звёзды пишут открытки, великие государственные мужи находят минутку, чтоб черкнуть домой: «Привет с Байкала!». Ученики шлют открытки любимой учительнице, а в сентябре проводится конкурс на лучший текст. Тут тебе и семейные ценности, и история, запечатлённая в жизни маленького человека, и «остановись мгновенье» - чего только нельзя приплести, если взяться за дело не бюрократически, а по-деловому. А деловые люди давно знают: на насыщенном рынке надо не удовлетворять потребности, а создавать их. И затем триумфально удовлетворять. И будет тебе успех. Сегодня главное – сделать нечто престижным. А дальше 100 млн. человек пишут по десять открыток в год – вот тебе и миллиард трафика.
А вот потребность вполне существующая и НИКЕМ не удовлетворяемая: посылки среднего размера в отдалённые местности. Моя компания столкнулась с таким явлением: где-то далеко мелкая предпринимательница хотела бы поторговать нашим товаром, но транспортная компания не возит в тот медвежий угол, где живёт эта бизнес-леди. А почтовое отделение там есть, почта везде есть, большевики постарались, но для почты размер отправления сегодня велик. Обновлённая почта вполне могла бы стать перевозчиком для средних грузов в отдалённые местности. Именно так: средние грузы в отдалённые местности. Придумать специальный тариф для мелкого бизнеса, накопительную скидку для постоянных клиентов, да хоть вознаграждение за привод новых клиентов. Последнее фантастически действенно.
Беда лишь в том, что для реализации всех этих не слишком новых инноваций требуется коммерческая заточка сознания. Есть ли она среди новых «почмейстеров» - трудно сказать… В казённых конторах деловая жилка проявляется, как известно, не в создании новых ценностей, а в распиле выделенных бюджетов. А бюджеты, в самом деле, аппетитные: ожидается так называемая «господдержка» аж в 500 млрд. руб.! Правда, в течение десяти лет. Ну что же, десять так десять – какие наши годы! Что такое «господдержка» - не совсем понятно: это кредит, инвестиция, подарок? Возвращать-то её придётся? Вряд ли…
Увеличивается оборот электронной торговли. Авторы реформы утверждают, что через десять лет он достигнет 7% розничного товарооборота. Сегодня интернет магазины пользуются своей службой доставки. Если почта возьмёт это на себя – будет удобно всем, особенно жителям мест, куда, как пелось в песне моего детства, «только самолётом можно долететь».
Отдельная история – подписка на газеты и журналы. Плюс доставка книг. Сегодня сложилось так, что многие – хорошие – издания распространяются только по подписке. Я выписывала своей дочке журналы собственного детства: «Весёлые картинки», «Мурзилка», «Пионер», «Юный натуралист». Это прекрасные, очень качественные журналы. Более молодые родители даже не догадываются о существовании этих изданий, они живут, словно подпольная газета «Искра», точнее, в какой-то параллельной реальности, не попадая в киоски, где всегда к услугам какой-нибудь «Ups!” или “Cool girl”, исправно несущие вахту дебилизации подрастающего поколения. Так вот совместная реклама почты и изданий, распространяемых строго по почте, - могло бы принести огромную пользу - одновременно культурную и коммерческую.
Вполне представимы книжные серии, распространяемые только через почту. Но это должно быть что-то новое, свежее, интересное, чего нельзя купить больше нигде. Это важно: потребитель любит мысль, что он раздобыл «эксклюзив» - что больше нигде нельзя приобрести. Мыслима посылка книг друг другу членами некоего заочного клуба. Всё это вполне можно придумать, разработать правила. Главное, сделать это занимательным, интересным и ещё этот образ действия должен обладать неким локальным престижем. А для этого нужна деловая заточка сознания. Тогда всё закрутится.
Subscribe

  • ЗАСТАВИТЬ ВСЕХ ПРИВИТЬСЯ ОТ КОВИДА

    Опять заболеваемость ковидом пошла вверх, словно в довакцинные времена. Люди реально болеют и умирают; теперь уже у каждого есть какие-то…

  • ОТКУДА ВЗЯТЬ СЕЗОННИКОВ?

    Вице-премьер Виктория Абрамченко поручила Министерству труда, Министерству внутренних дел и Министерству сельского хозяйства проработать вопрос о…

  • ЧТО Я ПОМНЮ О ЕЛЬЦИНЕ

    По телевизору казённые торжества по случаю 90-летия Ельцина. Путин произнёс прочувствованную речь: «Что отличало Бориса Николаевича - отличало…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 149 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • ЗАСТАВИТЬ ВСЕХ ПРИВИТЬСЯ ОТ КОВИДА

    Опять заболеваемость ковидом пошла вверх, словно в довакцинные времена. Люди реально болеют и умирают; теперь уже у каждого есть какие-то…

  • ОТКУДА ВЗЯТЬ СЕЗОННИКОВ?

    Вице-премьер Виктория Абрамченко поручила Министерству труда, Министерству внутренних дел и Министерству сельского хозяйства проработать вопрос о…

  • ЧТО Я ПОМНЮ О ЕЛЬЦИНЕ

    По телевизору казённые торжества по случаю 90-летия Ельцина. Путин произнёс прочувствованную речь: «Что отличало Бориса Николаевича - отличало…