domestic_lynx (domestic_lynx) wrote,
domestic_lynx
domestic_lynx

Categories:

ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН НА КИПРСКОМ ПЛЯЖЕ

Как хорошо на Кипре! Абсолютно пассивный отдых – как я люблю. Я терпеть не могу отдыха активного, по-моему, это оксюморон – активный отдых. Если активничать – так уж активничать по делу, а отдыхать – так отдыхать. Вот я и отдыхаю. Передвигаюсь по треугольнику: пляж – магазин – дом. Сторона треугольника – метров двести. Народу немного. Готовлю я мало, наедаемся, странным образом, арбузом: он очень сытный. Вчера муж приволок 18-килограммовый арбуз. Ну и местный хлеб пита, поджаренный в тостере, тоже очень вкусный. Плюс сыр халолуми и местный густой йогурт, продаваемый в литровом ведре. Хорошо!

Из двигательной активности – плаваю к буйку и обратно, а по вечерам ходим по окрестным холмам. Там очень приятный воздух: море + что-то сухое, скошенное. Вспаханное поле ярко-рыжего цвета. По обочине дороги – шарообразные сухие колючки, напоминающие антенны. Только стемнеет – вылетают летучие мыши. Муж купил браслет, который ему сообщает буквально всё: сколько он спал, сколько км прошёл, с какой скоростью, сколько калорий потерял и ещё массу подобной муры. Наверное, такой надевают на содержащихся под домашним арестом. Браслет сказал, что по нашему обычному маршруту мы проходим 4 км 800 м.

А сегодня мы начали новое развлечение – чтение вслух Евгения Онегина. Я никогда во взрослом возрасте его не перечитывала. Любопытно было, какое впечатление это произведёт. Сразу скажу – впечатление поразительной актуальности. Не любовный сюжет, конечно: он наименее интересен. Поразительно актуален сам герой – Лишний Человек. Это, наверное, вечный русский тип. И понимаешь это, конечно, не в 8-м классе, а пожив, покрутившись меж людьми…

Мне кажется, русский человек, если он обеспечен материально и предоставлен самому себе (т.е. его не ЗАСТАВЛЯЮТ что-то полезное делать), немедленно превращается в лишнего человека, «умную ненужность», как определил Онегина, кажется, Белинский (это определение заблудилось в голове со школы). Дворяне в онегинские времена имели право не служить государству – по Указу о вольности дворянской. И они широко этой «вольностью» воспользовались. Но дворяне были большими и малыми землевладельцами – значит, выражаясь современным бюрократическим слогом, товаропроизводителями. Тот самый «простой продукт», о котором Онегин читал у Адама Смита, должны они были производить в своих имениях. И они должны были бы делать это всё лучше, производительнее, вникать в дело, учиться ему. В принципе, их место в народной жизни было понятное и почётное: организаторы народного труда. Но заниматься хозяйственной нудьгой им было лень и неохота: обычно это сбагривалось вороватому управляющему (а все управляющие вороваты, если не контролировать и не вникать в дело – это я знаю по собственному опыту), а сами эти люди развлекались, скучали (что во внешнем выражении – одно и то же), искали великого и достойного их дела, находя его нередко в революции, как декабристы или террористы-народовольцы. Или просто болтались по заграницам, тратя деньги, что заработали им крепостные души.
В блестящей столице иные из них
С ничтожной смешались толпой;
Поветрие моды умчало других
Из родины в мир им чужой.
Там русский от русского края отвык,
Забыл свою веру, забыл свой язык!

Крестьян его бедных наёмник гнетёт,
Он властвует ими один;
Его не пугают роптанья сирот…
Услышит ли их господин?
А если услышит — рукою махнёт…

(Это из стихотворения А.К. Толстого «Пустой дом», которое я очень люблю).


Или просто сидели и ничего не делали. Исключения, конечно, были, но это, главным образом, великие творческие личности: писатели, композиторы. Но талант – вещь редкая, а для повседневной работы годятся и люди самых средних дарований. О простом повседневном труде русский человек вспоминает только в обстоятельствах поистине непреодолимой силы. Если он вполне обеспечен, то он тоскует, ищет чего-то особенного, но делом заняться не пытается.
Книги читает да по свету рыщет

Дела себе исполинское ищет,

Благо наследье богатых отцов

Освободило от малых трудов,

(Это из поэмы Некрасова «Саша» - тоже про лишнего человека).
Притом в ситуации Онегина и ему подобных не требовалось даже выдумывать дело: оно постоянно присутствовало в жизни дворянина, но – не делалось. И это было всегда. Через полвека после Онегина помещик Левин из «Анны Карениной» считался большим оригиналом и чудаком: вообразите, он занимался! Своими! Делами! Определённо, оригинал: думал о надоях, привесах, внесения удобрений.

Именно потому, что образованный класс России не был ориентирован на труд, образовалось такое положение, о котором верно сказал Энгельгардт в своих знаменитых «Письмах из деревни»: беда Росси в том, что те, кто знает, – не работает, а кто работает – ничего не знает. «Зачем из дворян делать мастеровых?» - недоумевал Обломов – последний, самый законченный персонаж из галереи лишних людей.

Прошло двести лет, над страной прогрохотали три революции и две мировые войны, а русский человек работает по-прежнему только в ситуации вынужденности. Если можно обойтись – не работает. Самое неприятное, что именно так поступает высший класс. По психологии высший класс у нас – баре, а не руководители народного труда. Во всех красивых и удобных странах – полно наших соотечественников, прибывших туда на ПМЖ. Они заработали на безбедную жизнь, а раз заработали – чего ж работать? Ясное дело, не за чем. Мой молодой компаньон по одному небольшому бизнесу, мужчина 35 лет, имеет высокую цель: в течение ближайшей пятилетки заработать на жизнь до конца дней, найти наилучшую страну для проживания и никогда! Никогда! Слышите вы? Никогда! Никогда уже больше не работать. Его цель более, чем реальна. Только вот решить, куда ехать – в Италию или в Испанию. Друг уже уехал в Испанию, хочется, чтоб не хуже.

Уже подросло поколение молодёжи, выросшее в условиях совершенной обеспеченности, такой, что работать ради жизни им не требуется. Они и не работают. Сын моей давней компаньонки, ровесник моего сына (мы с ней и познакомились когда-то в роддоме), в настоящее время живёт мирно и интересно, не работая. Он сроду не работал – зачем? Родители его вовсе не баснословно богаты, но на жизнь хватает. Молодой человек пока ищет себя, найдёт, возможно, будет что-то делать, но непременно интересное, яркое, неординарное, а так – лучше дома посидеть. Тем более есть уже семья, ребёнок…

В нашем посёлке живёт в большом и солидном доме одна дама, которой удалось сделать деньги в период первоначального накопления капитала, в лихие 90-е. Сейчас она живёт обеспеченной пенсионеркой, а при ней – два сына. Оба – работой не заморачиваются. Один где-то пытался работать, но дело не пошло: нудьга, рано вставать… Так и сидит.

Активно формируется, да что формируется – сформировался, уже стиль жизни золотой молодёжи – вполне онегинский. Эти люди болтаются по заграницам, живут интересной, насыщенной жизнью, родители – далеко не всегда сильно богатые, но заработавшие на тунеядство молодняка – взирают равнодушно. И то сказать: если целью труда – заработок денег, то чего работать, раз деньги заработаны? Это наш высший класс. Вас всё ещё удивляет, почему дела у нас идут – не ахти?

И вот глядя на наших «новых лишних», на современных Онегиных, добрым словом вспомнишь совковый закон о тунеядстве. Хороший был закон… Без него не получается как-то.

Потом поделюсь новыми впечатлениями о «Евгении Онегине»: мы ведь даже до встречи Онегина с Татьяной не дочитали.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 97 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →