domestic_lynx (domestic_lynx) wrote,
domestic_lynx
domestic_lynx

СНОВА АВГУСТ… 91-го

В конце августа, в глухую отпускную пору, мне всякий раз приходит в голову вопрос: а вот окажись я в августе 91-го, но с сегодняшними знаниями всего того, что произошло потом, как бы я поступила? Вообще-то, это часть большого вопроса, который, думается мне, приходит в голову почти всем, как выражаются в метро, «людям старшего возраста». Начни я жизнь сначала, или хотя бы отмотай плёнку сильно назад – что бы я сделала, как поступила? С сегодняшними знаниями. Ну, про всю жизнь так вот влёт не напишешь – потому ограничусь августом 91-го.

Для начала – что я делала в реальности.

Тогда мы (муж, сын и я) только что вернулись из отпуска. И вдруг – трах-бах – ГКЧП, «Лебединое озеро» и прочее, хорошо известное. Помню свою совершенно спонтанную мысль: «Ну вот и всё!». Это я имела в виду всю эту гласность, интересность, яркость и завлекательные перспективы…

Я только что, буквально с пару месяцев, начала работать в итальянской фирме; мне это казалось тогда очень интересным и многообещающим делом; я собиралась в тот момент в Италию, где должна была пройти что-то вроде короткой стажировки.

Собственно, ничего кроме завлекательного чтения особо интересного-то в тогдашнем быту и не было. Жизнь той поры в практическом, повседневном отношении была ухудшенным вариантом советской, но я тогда была молодая, не слишком привязанная к деталям быта (такой, впрочем, я осталась и поныне), кроме того, мы с мужем как-то всегда ухитрялись прилично зарабатывать, а потому ужаса «пустых прилавков» и знаменитого советского дефицита – мы лично особо не ощущали. Я его воспринимала скорее юмористически и исследовательски. А когда надо было что-то купить – просто платила две цены – и мне ЭТО приносили какие-то деятели чёрного рынка. Помню, у меня был приятель-мясник, Семён, который снабжал меня всем ассортиментом соседнего продмага. Такие Семёны были повсюду и не прятались. Впоследствии, когда я уже завела собственный бизнес, я повстречала Семёна уже в качестве директора хозмага.

В тогдашней жизни я ценила две вещи: новое, завлекательное чтение, которое в прошлые времена и не снилось, и ещё – перспективы. Невнятные, но манящие. В советской жизни, в которой я в бытовом отношении была прилично устроена, я для себя перспектив не видела. Возможно, я ошибалась, но чувствовала я именно так. Ну и читать тоже можно было не так широко и запойно. А теперь – хочешь Бердяева, хочешь Розанова, хочешь Генри Форда, не говоря уж о журналах. Почитать-то я всегда любила. Один из тогдашних юмористов тогда сказал, что читать стало интереснее, чем жить. А мне, по правде сказать, почти всегда так и было. А теперь вообразите, какие возможности открылись для меня с Перестройкой!

Вообще-то вся эта гласность и манящая завлекуха – всё это ощущалось, как какой-то карнавал и дивный праздник непослушания, который вообще-то может в любой момент кончиться, как и полагается празднику. Помню, моя приятельница вырезала особо чувствительные статьи из «Огонька» именно из таких соображений: кончится же эта развлекуха, а вырезочка на память - останется. Из этих же соображений я собирала толстые журналы, которые потом долго-долго лежали у нас в сарае.

И вот объявляют: ГКЧП, говорят какие-то советские слова, хмурые такие советские дядьки. Нет, я не испугалась: чего мне бояться? Пролистывая свою жизнь, я отмечаю, что вообще очень мало чего боялась – не от смелости, а по легкомыслию. Было лёгкое разочарование, и та самая мысль, с которой я начала: «Ну вот, значит, и всё». Помню, я тут же стала перебирать журналы. Зрительно помню себя, в ситцевом халате, сидящей на полу возле шкафа. Перебираю и думаю: «Надо сохранить на память». И в руках у меня гадкий (я уже тогда догадывалась, что гадкий) журнальчик под названием «Столица», где жёстко мочили совок и взахлёб воспевали светлый образ Запада. «Ладно, - думаю, - надо и это сохранить».

Мы держали телевизор включённым, но ничего информативного не передавали. Вдруг сын спрашивает (ему шесть лет): что такое случилось? Мы с мужем пытались как-то объяснить понятно для его ума, что такое государственный переворот. «Вот, - говорю, - эти люди захватили власть». – «Как это – власть?» - не понимает сын. – «Ну, Кремль захватили», - объясняю я. – «А кто они – бандиты?» - интересуется сын. И я невесть почему отвечаю: «Бандиты». И тут же соображаю: «Неправильно так говорить ребёнку». Тут муж пришёл на помощь: «Надо ещё во всём разобраться, мы мало об этом знаем».

А дальше было вот что. Муж мой оказался внутри Белого Дома. Оказался как-то по-дурацки, подлинно волею судеб. Он тогда уже пытался, не слишком успешно и интенсивно, заниматься бизнесом вместе со своим одноклассником, которого когда-то родители увезли в Америку, но он, как только стало возможно, вернулся - уже в образе американского бизнесмена. Так вот мой муж, работая на Физтехе, где он, прямо сказать, не сильно надрывался, участвовал в каком-то проекте, связанном с телефонией. Надо сказать, что тогда позвонить за границу было целое происшествие: полагалось как-то заказывать звонок через телефонистку, что-то очень непростое. Прямая связь с заграницей существует с 1994, кажется. И вот эти ребята изобрели какой-то хитроумный способ звонить напрямую за границу – не помню, как, что-то через Финляндию. Они продавали специальные какие-то телефоны, позволяющие это делать. Помню, у нас дома стояли аппараты с выпиленным вручную окошком – зачем, понятия не имею. Потом этот бизнес был убит дозволением звонить напрямую.

Так вот в самый патетический момент глава этого бизнеса, тот самый одноклассник (назовём его Борей), предоставил свои чудо-телефоны для связи инсургентам, вернее сказать защитникам конституционного строя. Или чёрт его знает, чего – в общем, тем, которые были внутри Белого Дома. Не знаю, сумели ли они ими воспользоваться. Думаю, скорее, нет, не до того было. Но мой муж должен был сделать что-то техническое по этому поводу, и таким образом оказался в Белом Доме. Сделав техническое, он должен был уйти, но его портфель, где были все документы, оказался в какой-то комнате, которую заперли, он искал, кто бы открыл, и тут выяснилось, что уходить поздно: они в осаде. Так он и оказался в рядах героических защитников демократии. Он говорит, что реально раздавали автоматы. Продолжалось это, ежели память не изменяет, два дня. Я, конечно, за него боялась, но, странным образом, не слишком. Почему-то с самого начала было у меня ощущение чего-то ненастоящего, игрового, карнавального. А может – это мой несерьёзный нрав…

Ну, делать нечего, поехала на работу. Работа моя помещалась в Трёхпрудном переулке, рядом с Тверской. Это иностранное представительство. Все политкорректно делают вид, что ничего не происходит, хотя у секретарей включён вполголоса телевизор. Никаких особых патрулей я на Тверской не помню. Русские сотрудники представительства вид имеют озабоченно-растерянный. Одна девушка вполголоса беспокоится: что же будет? У её мужа маленький бизнес, что-то, кажется, с туризмом, вот она и беспокоится, не запретят ли. Говорят: надо идти в живое кольцо, они-де не могут, а ты (то есть я) чего не идёшь, ты же сама себе хозяйка? (Действительно, у меня не было обязанности сидеть сиднем в офисе).

Закончив наскоро свои дела, я-таки отправилась. Пешком. Это не слишком далеко, но и не особо близко, километра четыре, думаю. Почему пешком? Видимо, транспорт не работал. По выходе случайно встретила давнего и дальнего знакомого, тот рассказывал какую-то муру про смерть ещё более давнего и дальнего знакомого; еле отвязалась. По мере приближения к Белому Дому толпа густела и вскоре я шагала, словно на демонстрации. В общем-то я ничего не видела. Рядом со мной были какие-то учащиеся медучилища с санитарными сумками, которые они взяли в кабинете гражданской обороны. Они явно играли в войнушку.

Когда приблизились к месту, по толпе прошёл слух, что всё, демократия победила, можно ехать домой. Я вместе в другими дошла до метро «Улица 1905 года», вошла в метро и уехала. Помню, повсюду в метро висели наскоро сработанные листовки, оповещающие о победе демократии. Я была скорее рада: коммуняки, поднявшие вроде как голову, - повержены. Но опять-таки у меня сохранялось отстранённо-игровое отношение ко всему этому.

А вот виденное в вагоне я не забуду никогда. Это лица людей. Простых, обычных людей: конторских служащих, сотрудников многочисленных московских НИИ и рабочих ещё более многочисленных московских заводов (в те времена на Пресне был даже сахаро-рафинадный завод, не говоря уж о пивном им. Бадаева и знаменитой Трёхгорке), студенты, учителя. Так вот у всех на лицах было тихое сияние. И какая-то дивная солидарность и любовь к друг другу осеняла этот заурядный вагон метро. Такого я не видывала ни до, ни после. Эти люди были счастливы и едины в этом счастье: они свалили гидру коммунизма, они отстояли нечто для себя чрезвычайно важное – вот что было написано на этих лицах.

Как было бы интересно спросить у них: как сложились их судьбы? Они пожалели о своём выборе? Они считают себя одураченными лохами? Кто их, кстати, одурачивал: Горбачёв? Ельцин? Мировая закулиса и её продажные приспешники? Кто? С.Г. Кара-Мурза, которого я очень уважаю за огромность проделанной работы, но с которым, будучи согласна в деталях, не согласна в целом – так вот Кара-Мурза постоянно толкует о «затмении разума». Ну, бывает – затмился. Но вот теперь – что бы я сделала? За кого я была бы?
Об этом – завтра.
Subscribe

  • ОТКУДА ВЗЯТЬ СЕЗОННИКОВ?

    Вице-премьер Виктория Абрамченко поручила Министерству труда, Министерству внутренних дел и Министерству сельского хозяйства проработать вопрос о…

  • ЧТО Я ПОМНЮ О ЕЛЬЦИНЕ

    По телевизору казённые торжества по случаю 90-летия Ельцина. Путин произнёс прочувствованную речь: «Что отличало Бориса Николаевича - отличало…

  • ГРЯДЁТ РЕВОЛЮЦИЯ?

    В России явно готовится революция. Цветная или ещё какая – не так важно. Важно, что революция. Поэтому, глядя на школоту Навального, да и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 163 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • ОТКУДА ВЗЯТЬ СЕЗОННИКОВ?

    Вице-премьер Виктория Абрамченко поручила Министерству труда, Министерству внутренних дел и Министерству сельского хозяйства проработать вопрос о…

  • ЧТО Я ПОМНЮ О ЕЛЬЦИНЕ

    По телевизору казённые торжества по случаю 90-летия Ельцина. Путин произнёс прочувствованную речь: «Что отличало Бориса Николаевича - отличало…

  • ГРЯДЁТ РЕВОЛЮЦИЯ?

    В России явно готовится революция. Цветная или ещё какая – не так важно. Важно, что революция. Поэтому, глядя на школоту Навального, да и…