March 2nd, 2012

рысь

PRIVACY И КОРОБКА ОТ КСЕРОКСА

Очевидно: человечество живёт ниже собственных технических возможностей. Оно словно не знает, куда пристроить собственные умения и достижения. И часто пристраивает в игрушки. Иногда в самые что ни на есть настоящие игрушки: растущая мощь современных компьютеров выливается во всё более затейливые игры.

При этом во многих отношениях мы продолжаем жить в прошлом веке. Чтобы в этом убедиться, зайдите, например, на почту, хоть бы и на главпочтамт на Тверской. Словно в прошлом веке побываете. Совсем недавно в нашем посёлке для подписки на газеты и журналы использовались бланки с надписью «Министерство связи СССР». Потом, пару лет назад, их заменили на точно такие же со словами «Почта России», но по существу никаких изменений не произошло.

То же и с документами. Каждого сопровождает по жизни куча бумажек, на изготовлении этих бумажек сидит куча акакиев акакиевичей, теперь перед каждым компьютер, а трудностей меньше не становится, а становится даже больше. И все при деле: кто подделывает документы, кто борется с подделками, кто, по-видимому, сочиняет новые формы документов, кто их выдаёт, кто «ускоряет» выдачу.

Меж тем вполне возможно сделать единую базу данных на всех граждан и жителей России, куда заносить все существенные сведения о них: личные данные, место жительства, работы, медицинская карточка, где учился, на ком женился – словом, полное досье. Вообразите: у каждого гражданина - карточка, в которой имеется код доступа в эту базу. Каждый чиновник может посмотреть только те данные, которые относятся к его компетенции. Милиционер (пардон, полицейский) – полицейские, врач – врачебные. Как хорошо-то: в какую поликлинику ни пришёл – везде открывается твоя historia morbi.

То есть не данные записаны на карточке, а карточка открывает доступ к центральной базе.

Разумеется, сразу, вмиг все эти данные не соберёшь, но постепенно, особенно, если начать с рождения новых граждан, – вполне даже можно.

Разумеется, работа большая, трудности будут, но – технические, преодолимые. Надо будет решить вопросы защиты информации, как быть в случае потери карточки, ну ещё кое-какие вопросы придётся порешать. Но это всё мелочи, второстепенность.

Главное – это сделано не будет. Или будет сделано частично, половинчато, так, что суеты будет больше, чем толку. Почему?

А потому что на самом деле этого никто не хочет. Это что же получается? Все будут под колпаком? Сразу будет видно: где живёшь, какой недвижимостью владеешь, где работаешь и где работал прежде, на ком женат, когда получил права и на каких тачках рулил… Это жуть что получается – никакой тебе личной тайны. А кто больше всего заботится о сохранности личной тайны? Ясное дело – кому есть что скрывать. Кто больше всех возмущается, когда просят предъявить паспорт? Ну, конечно, те, у кого паспорта нет. Или в нём что-нибудь непотребное записано.

А сколько сразу бизнесов рухнет! Например, бизнес продажи дипломов. Или всяких там регистраций, медкнижек и т.п. И каждый кадровик будет знать, кто ты такой есть и откуда взялся. Это ж жуть – хуже всякой гебухи, где, согласно поверью, на каждого было тайное досье (на самом деле, ничего такого, конечно, не было). За что боролись?!!

Вообще, в последние двадцать лет ничего внятного ни о ком не известно. Трудовые книжки – можно купить в киосках Роспечати, печати заказать у «частного мастера», паспорт, полагаю, тоже не проблема. Помню, когда-то были у нас в Туле приняты на работу два водителя, которые предъявили все документы, а потом взяли да и уехали с товаром в туман, по тех пор их и видели. Оказалось, что в паспортах значилась прописка по несуществующему адресу, да и сами паспорта были подделкой. Но это было давно, в конце прошлого века, сейчас, возможно, что-то изменилось.

Дипломы продаются в переходах в метро или по интернету – в общем, всё для блага человека. Это, конечно, очень удобно, но хорошо до тех пор, пока не случается какого-нибудь громкого преступления. Тогда мы превращаемся из школьников, прячущих от родителей дневник с двойками, в возмущённых граждан и требуем от начальства навести порядок и положить конец безобразиям.

Но, к сожалению, безопасность и анонимность вместе не живут. Хочешь абсолютную анонимность – мирись с тем, что среда обитания будет довольно опасная и агрессивная. Хочешь низкую преступность – придётся мириться со стеклянным колпаком. Та довольно благостная окружающая среда, которая была при советской власти, когда дети гуляли без привязи, а влюблённые, рассказывают, бродили до рассвета – так вот она в значительной степени питалась капиллярным контролем: кто, что, откуда прибыл, где прописан и чем занимается. Контролировали попросту, вручную, но контроль – был.

«Есть в пограничной полосе/ Неписанный закон,/ Что знает каждый, знают все,/ Кто я, кто ты, кто он», - это из стихотворения Михалкова о том, как пионеры обезвредили шпиона. Ужасно! Тоталитарно! Тридцать седьмой год! Но по-другому не получается.

В странах, где порядку гораздо больше, чем у нас, действительно, «знает каждый, знают все». В Голландии даже считается неприличным занавешивать окна в гостиной. В спальне – понятно, а в гостиной что скрывать приличному бюргеру? Я даже видела, как дети выставляют свои поделки на подоконник лицом к улице, чтобы прохожие полюбовались. Собственно, напряжённая забота о личной тайне свойственна только англосаксам, остальные народы, сколь я наблюдала, к этой проблематике более равнодушны. Мы, когда сбросили с себя и иго советского тоталитаризма, выучили английское слово “privacy” и начали размахивать им, как знаменем, под которым можно улизнуть из-под всякого контроля.

Сегодня каждый, от гастарбайтера до депутата, может врать о себе что угодно. И купить себе любые документы – от медкнижки до удостоверения академика. Такое положение разрушительно для жизни в целом, но крайне привлекательно для каждого отдельного маленького человека, как привлекательна бесконтрольность и безнаказанность. Именно поэтому серьёзных подвижек в этом направлении не будет. Зачем раздражать народ непопулярными решениями?

Но электронные документы – это лишь часть того, что способна предоставить нам современная техника.

Очень было бы полезно перейти на полностью безналичные платежи. То есть перестать использовать наличные деньги для сколько-нибудь значимых расчётов. Но такое решение было бы ещё менее популярным, потому что переход из рук в руки сумок с деньгами – это очень удобно для всех, кто ловит рыбу в мутной воде. А эти рыбаки – все мы. Собственно, наша знаменитая коррупция питается наличным расчётом. Если государство было бы в самом деле заинтересовано в искоренении коррупции – оно бы в первую очередь озаботилось переходом на безналичную оплату. В отличие от легендарных «коробок из-под ксерокса», деньги в которых анонимны, электронный платёж имеет фамилию имя и отчество. Его не скроешь так вот, просто. Опять-таки если бы государство имело серьёзные намерения навести порядок в этой сфере – оно бы за свой счёт снабдило бы всех карточками и научило пользоваться. Технически вполне решаемая проблема и платежи граждан друг другу – всё возможно, если проблему действительно хотят решить.

Собственно, в США это уже сделано. Там большие наличные деньги прочно ассоциируются с мафией. Приличные люди расплачиваются только карточкой. У моего мужа на бензоколонке не захотели взять сотенную бумажку, попросили расплатиться карточкой. Представляете: любимую нашим народом сотню баксов не приняли на её родине. Так что ничего невозможного в исключении наличных платежей нет. Но никто у нас по-настоящему к этому не стремится.

Предложи кто-нибудь перейти на безналичные расчёты, на сцену немедленно будут выведены всё те же «старушки», которым ужасно трудно освоиться с карточками, зачем же их дополнительно нагружать и мучить, ведь они уже столько в своей жизни страдали, наше героическое старшее поколение. Да и какие карточки в деревне, что вы такое говорите, нам бы только выжить, ну и пошло-поехало.

На самом деле, освоиться с карточкой может каждый, как осваивается с пылесосом, стиральной машинкой или, страх сказать, с компьютером. Сначала кажется неудобно, а потом удивляешься, как раньше жил без этого. Дело тут в не в технической сложности пользования, а в том, что это – совсем другая жизнь, с другим уровнем прозрачности и контроля. К чему мы пока не готовы. Мы вообще не готовы к тому, что наукообразно называется свободной лояльностью, т.е. готовностью исполнять какие-то правила, сознавая их общеполезность. А это именно и есть тот фундамент, на котором держится государственный порядок.