November 13th, 2012

рысь

ДОРОГОЙ ТОВАРИЩ ЛЕОНИД ИЛЬИЧ БРЕЖНЕВ и его время - часть 2.

Моде и одежде уделялось очень большое внимание. По-моему, бОльшее, чем сегодня. Молодёжь считает, что тогда все одевались крайне однообразно и убого, что неверно. Более того, молодёжная толпа выглядела веселее, чем сегодня, девушки были одеты более продуманно что ли. Многие шили сами, я тоже кое-что шила, но без особого увлечения. Но мелочи, вроде юбки, сшить умели все без исключения. Ткани были, часто очень хорошего качества, натуральные. Но в начале 70-х в моду вошёл кримплен. Это гадкая на ощупь синтетика ярких цветов, часто с аляповатым крупным цветочным рисунком. СтОил он баснословно дорого – 30 рублей за метр при ширине 140 см. Н платье требовалось метра два с половиной – три. Вот и считайте. И покупали! И шили! И считалось ужасно удобно и красиво. Потому что всё модное кажется удобным и красивым – это закон человеческой психики. Мода на кримплен прошла через несколько лет, и тогда все вдруг полюбили всё натуральное и начали задыхаться в синтетике. А когда было модно – ничего.

Так вот, поскольку многие девушки и женщины шили, они обращали внимание на закономерности сочетания цветов, кому какой фасон идёт и прочие женские штучки, которыми, похоже, современные девушки совершенно не интересуются (в массе, во всяком случае). Мы, по крайней мере, знали: вот это – мой вырез (у горла), а это нет. Это визуально расширяет плечи, а мне лучше бы сузить и т.п. Знали и свою наиболее выигрышную длину, и где вытачки лучше и т.д. Сегодня я часто развлекаюсь рассматривая «племя младое, незнакомое» в кафе, на улице: так вот они, похоже, этих простых правил не знают. Например, носят чёрные узкие штаны при кривоватых ногах, или сапоги, которые заканчиваются аккурат на кривизне, чем привлекают к ней внимание. Или одно время (уже в наши дни) были модны низко сидящие джинсы, что зрительно страшно укорачивало ноги. Но в эпоху массового производства одежды на такие пустяки не обращают внимания. А скажи, что что-то с чем-то не сочетается, - тебе ответят: а это стиль такой – фьюжн, тут так и надо – всё со всем. А в те времена, когда шили сами или был «индпошив» - т.е. шитьё одежды по мерке портнихой, естественно, люди могли выбрать, что идёт, что не идёт, какой сделать вырез и т.д. Мне думается, будущее за массово-индивидуальным пошивом. Ты приходишь, тебя обмеряют, вводят в компьютер, ты выбираешь фасон, ткань, компьютер делает выкройку, через несколько часов готово. Так мне однажды сшили пиджак в Китае. И не будет производиться мегатонны безадресного конфекциона.

Впрочем, я отвлеклась от 70-х годов. В начале 70-х вошёл в моду стиль хиппи: яркие ткани в цветочек, рванина, сумки с бахромой, длинные волосы у ребят. Словцо было «хипповать» и ещё – «хаппово», как выражение универсального одобрения. (Сегодня наш программист для выражения одобрения использует слово «гламурненько»: как и «хиппово», оно происходит от ключевого слова эпохи). Ходили в расклешённых штанах. А чтобы их посильнее расклешить – вшивали клинья в цветочек, в горошек и т.п. Сверху носили нечто обтяжное – блузки-рубашки или майки, джемперы. Силуэт получался наподобие Эльфелевой башни. Тот стиль нашёл отражение в известном мультфильме «Бременские музыканты».

Тогда, в начале 70-х, проявилась мода на блузки наподобие мужской рубахи. Назывались они батниками и были дефицитом. Социалистическая и рыночная типы экономики на моду реагируют взаимно противоположным образом. При капитализме, если что-то модно, им заваливают всё вокруг. При социализме, наоборот, ОНО немедленно исчезает. Так вот такая вроде несложная вещь, как трикотажная блузка, была в страшном дефиците. Но их как-то находили, покупали «с рук», в общем, обходились. Помню, отец мой году в 74-м поехал в Японию. Я заказала ему несколько блузок и он понял, что требуется, и мне их привёз. Носила я их без конца: синтетические были. А через двадцать лет без малого муж привёз мне из Китая целую россыпь шёлковых блузок – тоже фасона мужской рубахи. И тоже я их носила много лет. Но это была уже другая эпоха.
Тогдашние батники отличались от нынешних блузок-рубах тем, что воротник у тех имел длинные-длинные концы, иногда закруглённые. Ещё был период, когда их старательно ушивали – так, что ни охнуть-ни вздохнуть. Парни тоже ушивали рубахи. Очень просто: надевали наизнанку, товарищ намётывал выточки, а потом какая-нибудь женщина прострачивала на машинке. Стоять в таком прикиде было ещё ничего себе, а вот сидеть – затруднительно. Это я знаю хорошо, потому что таким манером ушила себе форму в 9-м классе. Но ради моды и стиля можно и потерпеть временные неудобства. Например, по-настоящему модные джинсы надевали лёжа: сидя невозможно было впихнуться. Но я была ленива и на такие жертвы не шла, к тому же я считала, что хороша сама по себе, а кому не нравится – пускай катится куда сам знает.
В начале 70-х распространилась мода и на мужские разноцветные рубахи с рисунком. Некоторые умельцы даже сами шили – и неплохо получалось.

Но самое желанное было – купить «фирмУ» - что-нибудь привезённое из заграницы. За это платили несообразно большие деньги. Очень многие что-то непрерывно продавали, покупали, выменивали… Культовым предметом была итальянская обувь. И ещё огромные очки. В туалетах учреждений и организаций с преобладанием женского персонала постоянно висели рукописные объявления: продаётся батник Польша 46 р. Обращаться по тел. … Или в такую-то комнату к Маше. Начальство смотрело равнодушно. Впрочем, кое-где вдруг возникали гонения на самодеятельных торговцев, но делали это как-то вяло и без убеждения. Через некоторое время всё возобновлялось. Я в этой возне большого участия не принимала, как-то неинтересно было. Я уже говорила, что в юности внутри себя я играла роль интеллектуалки, которая выше всех этих галантерейных страстей. Её я слегка презирала. Мои приятельницы, сколь я помню, были активнее на этом поприще. Забавно, что именно мне впоследствии судьба распорядилась стать торговкой и достигнуть в этом деле определённых успехов, а они по сю пору кто преподавательница, кто научный работник. И мало что торговкой я стал! Я учу торговок именно искусству прямых продаж, т.е. торговле из рук в руки. Вот какая бывает ирония судьбы. В моём случае хорошая ирония, добрая, спасибо ей.

Были и более-менее крупные торговцы чёрного рынка – официально назывались они «спекулянты», а неофициально «фарцовщики», «фарца». Эти покупали у иностранцев и сбывали по своим каналам. Гиды «Интуриста» этим активно занимались. Им привозили сопровождающие групп, они продавали. Всё это было достаточно налажено. Иногда кого-то выгоняли с работы, но, по-моему, так, для общей острастки: искоренить это дело никто не помышлял.

Официальным источником западного ширпотреба были магазины «Берёзка». Они были двух сортов: торговавшие на иностранные деньги (т.н. СКВ – свободно конвертируемую валюту) – эти для иностранцев. А были ещё и для советских «загранработников», эти торговали на т.н. «чеки», а прежде «сертификаты». Имелось в виду следующее. Те избранники фортуны, которые поработали за границей и заработали официально иностранные деньги не имели права ввезти их в СССР или, храни, Господи, оставить на счету за границей. Их обменивали на «чеки», на которые можно было купить западный ширпотреб в магазинах «Берёзка». Товары там были очень качественные, но жутко дорогие – иностранцы удивлялись. Но мало того! Существовал чёрный рынок чеков – один к двум. Т.е. дело обстояло примерно так. Доллар по официальному курсу стОил около 0,7 руб. По этому курсу у загранработников обменивали их валюту на чеки – назывались они инвалютные рубли. Так вот за один инвалютный рубль давалось два простых.

Мне иногда здорово везло. Мой отец ездил в командировки в соцстраны, главным образом в Болгарию и Чехословакию, в результате чего я имела некоторое количество чеков «Берёзки». В частности, моё свадебное платье было куплено там. Оно было голландское, очень красивое, хотя и не специально свадебное. Я так и хотела – чтобы потом носить. Белое, но не совсем, скорее сливочного цвета и отделано коричневатой замшей. И туфли были замшевые! И сумка! Забавно, что его купила моя мама – заочно. Я настолько чётко сформулировала свои желания, что она встретила и купила. Я, по правде сказать, не придавала свадебной церемонии самодовлеющего значения, такого, как сейчас принято. Хотя и тогда уже устраивались очень пышные свадьбы. Но это я несколько отвлеклась, когда мы женились, Брежнев уже умер, но весь стиль оставался.

В чём этот стиль? Стиль отдыха, частной маленькой жизни, быта, жизнеустройства. Помните, у Маяковского: «Я желаю, очень просто, отдохнуть у этой речки». Вся жизнь стала обывательской, она была заточена на создание своего маленького уютика. Отсюда возник культ ширпотреба. А поскольку западный ширпотреб был неизмеримо лучше нашего, то естественным образом возник культ ширпотреба западного.

Западный ширпотреб был предметом культа. Он, действительно, был очень хорошего качества. То, что закупалось на Западе и попадало в незначительных количествах в наши магазины, было, в самом деле, добротным. К тому же тогда производство ещё не наладились переносить в страны третьего мира, и итальянские туфли были на самом деле итальянскими. И кожа выделывалась в Италии… Это я видела уже в 90-х годах в Венето: целые деревни тачают ботинки, а над другой деревней стоит стойкий (и довольно противный) запах кожевенного производства. Именно в брежневские времена сложился тот исступлённый культ всего западного, который и заставил нас всех (всех, всех, дорогие товарищи!) встретить крах своей страны с необъяснимым на посторонний взгляд восторгом. Обыватель ведь способен «судить не выше сапога», а сапоги, даже финские, не особо изящные, были гораздо лучше наших. Вот так и продали право первородства за чечевичную похлёбку… Даже не за похлёбку, а за обещание похлёбки, за мечту о ней.