May 23rd, 2013

рысь

ЕЗДА В ЗАТИБРЬЕ - часть 5

НА ПРОЩАНИЕ

В Италии заметно огорчительное обеднение. Они стараются вытащить деньги, где только возможно. Или не отдать, по крайней мере. Вот, например, возврат ндс (по-ихнему IVA) при вывозе их товара за границу. В Германии, на какую бы сумму ни купил турист товар, ему дают бумажку на возврат ндс и он получает свои деньги (это до 20% цены) в аэропорту. Надо отстоять очередь, иногда заставляют предъявлять физически этот товар, но в принципе получить можно. Иное едло в Италии. Там даже теоретически выдаётся возврат только в том случае, если на ОДНОМ чеке не менее 150 евро. Если ты купил в этом магазине, тебе выбили чек, а потом ты докупил в нём же ещё – это не в счёт, это уже два разных чека. А в туристическом обиходе типичная покупка меньше 150 евро, так что они элегантно отсекают туристов от получения своего кровного.
Мало того. В аэропорту устроена грандиозная суета с разными очередями для тех, кто получает возврат и теоретически должен быть готов предъявить товар, и теми, кто возрата не получает. При этом надо проделать такой экзерсис: зарегистрировать свой чемодан, т.е. взвесить его, получить бирку, а потом снять с весов и тащить в другое место и уже там сдавать насовсем. Чуть зазеваешься – девушка на регистрации нажмёт кнопочку – и чемодан твой уедет, и прости-прощай возврат ндс. Некоторые, правда, подсуетились и сдали бумажки куда-то в банк в городе (это самые продвинутые: туроператоры и мой муж) – и деньги им вроде как зачислили на карточку. Но, как выяснилось, выделывать кульбиты с чемоданами всё равно потребовалось, т.к. на банковские бумажки они тоже ставят какую-то печать и при её отсутствии с карточки спишут этот самый возврат. Всё направлено на то, что кое-кто не сумеет получить по неразворотливости, кто-то плюнет на суету, и денежки останутся в распоряжении итальянского государства. Но наши тётушки не боятся трудностей! Я им активно помогала переводом с итальянского и, надо сказать, местные служители к нам были за это на малую толику благосклоннее, чем к тем, кто говорит по-английски. Забавно, что, испытав меня в качестве переводчицы, они уже не отступали. Я сидела с самолёте с двумя нашими тётушками, так вот одна из них всё время спрашивала, что объявляют в самолёте и всё сетовала, что нет специального экранчика, как иногда бывает, где показана, над чем в данный момент летит самолёт: ей это очень важно знать, как и температуру за бортом. Забавно: простые люди перевод не считают ни работой, ни услугой – так, болтовня, меня даже не поблагодарили. А вот когда я сняла с полки авоську одной из этих тётушек, которая не могла достать по малорослости, она была смущена и рассыпалась в благодарностях. Авоську достать – это да, это услуга!

КТО-ТО ТЕРЯЕТ, КТО-ТО НАХОДИТ

Глобализация и связанное с нею перенесение производств в зоны дешёвой рабочей силы приводит к падению качества вещей, в первую очередь там, где это качество было высоким. В Италии ещё в 90-е годы было множество мелких мастерских, кустарных фабричонок, на которых, собственно, и держалась слава итальянского дизайна. Одну такую мастерскую мы встретили: старушка выделывает шляпы, можно на заказ. Я шляпы не умею носить, только летом на отдыхе ношу соломенную от солнца, а так – либо платок, либо капюшон, так что мне это было любопытно просто познавательно. Но наша турагентша купила у старушки шляпку аж с вуалеткой. Старушка работает на этом месте всю жизнь, а мастерская существует аж с 1928 г. и всегда принадлежала их семье. Кое-какая клиентура, тоже традиционная, привычная, у неё есть, но больших заработков, конечно, нет. Это определённый человеческий тип, напрочь отсутствующий у нас. Я помню, в Голландии познакомилась с аналогичной семьёй владельцев небольшой гостиницы. Они ведут этот свой традиционный бизнес, не вертя головой по сторонам, словно долг какой-то исполняют. Вот такие люди и являются истинными носителями качества. Они же носители мелкобуржуазной ограниченности и бюргерского сознания. Эти люди, безусловно, скорее всего исчезнут под волной глобализации.

Но есть и те, кому повезло. Наши тётушки встретили в ресторане (видимо, в траттории) русского щеф-повара. Оказалось, что он с Украины, хотя тут привык называть себя русским. Сейчас у владельцев общепита нет денег платить шеф-поварам деньги, к которым те привыкли, а за 2500 евро шеф-повар, по словам этого украинского русского, итальянский повар работать не будет, это ему зазорно. А нашему – в самый раз. Он рад, что нашёл работу. Так происходит замещение кадров и, разумеется, потеря качества. Всё становится однородным, бескачественным, фабричным, никаким.

СЕВЕР И ЮГ

Каждый знает, что Север Италии – высокоразвитый, а Юг – отсталый, вроде третьего мира. К этому настолько привыкли, что воспринимается это как непреложный факт. Юг пытались (может, и сейчас пытаются) подтягивать, размещая там производства: на Юге, как полагается в третьем мире, традиционно высокая безработица. Ведутся, понятно, на Севере разговоры, что-де «мы их кормим», как без таких разговоров. Перед распадом СССР было принято тоже выяснять, кто кого кормит. Есть и движения в пользу отделения богатого Севера от бедного Юга. Самое известное движение – т.н. Лига Севера, которое предлагало создать Паданскую Республику; это было ещё в 90-е годы. Вероятно, никто взаправду этого делать не намеревался, просто некому политику Босси требовалось отпиариться с помощью экстравагантной идеи. Он и сегодня в политике, но про Паданскую республику больше не говорит. Но народ, надо сказать, идею отделения донора-севера – поддержал. Мне рассказывали, как некий отец, записывая ребёнка в детский сад, в графе национальность написал «паданская». (Слово nazionalita у них значит не стоько национальность, сколько гражданство). Всё это так, но никто толком не понимает, почему так: вроде один народ, объединение произошло сто пятьдесят лет назад. Но вот так есть, и не получается это сдвинуть. У северян и южан - разная психология, главным образом, по отношению к труду. В северянах есть в этом смысле нечто немецкое, протестантское: многие живут, чтоб работать, а не работают, чтоб жить. Собственно, там и живут в некотором количестве немцы, есть автономия, немецкие школы. Многие люди на Севере полностью отождествляют себя с работой: я – это моя работа. Для работы это, конечно, хорошо. Но теряя работу, он теряет себя и часто самую возможность жить. В кризис некоторые предприниматели покончили с собой, т.к. им не для чего оказалось жить. Мои поставщики рассказали мне свежую новость своего городка. Один успешный предприниматель 61 года был вынужден уволить из шестидесяти человек своего предприятия – десять. Не закрыть предприятие, а всего лишь уволить десять человек. Он даже бизнес не потерял, но – покончил с собой. Видимо, показался себе безнадёжным лузером, недостойным жизни. При этом всё у него было формально в порядке: дети устроены, дом-семья-жена и т.д. На Юге – всё иначе. Здесь люди привыкли выкручиваться, это их образ жизни. Не получилось там – пойду сюда, не выгорело здесь – попробую что-нибудь ещё. Неуспех в работе и заработке не сильно влияет на их самооценку, сколь я могу судить. Такой подход делает их более устойчивыми, но гораздо менее умелыми. Они любят и умеют наслаждаться, живут сегодняшним днём. Попросту говоря, с продвижением на Юг итальянцы становятся всё медлительнее и ленивее. У них даже интернет раздражающе медлительный. В чём-то они приобретают сходство с латиносами, у которых всё «маньяна». Всё зависит от преобладающего человеческого характера, а вовсе не от вида собственности, социального строя или от образа правления. Всё перечисленное тоже зависит от характера. А вот от чего зависит характер – это неизвестно. Может, что-то генетическое, какая-то биохимия мозга. Конечно, воспитание, окружающая среда – важные вещи, но это вроде агротехники для сельхозкультур. При плохом сорте что-то можно поправить высокой агротехникой, но возможности этого ограничены.

Ну, вот, собственно, и всё. И так уж почти лист накатала.