May 5th, 2016

рысь

Я Б В НАЧАЛЬНИКИ ПОШЁЛ, ПУСТЬ МЕНЯ НАУЧАТ!

По весне пускается в рост вечнозелёный вопрос «Кем быть?». Вузы организуют дни открытых дверей, непростые школы проводят свои непростые приёмные испытания, платные образовательные самоделки – на все лады заманивают дефицитных абитуриентов. И то сказать: количество мест в вузах примерно равно количеству выпускников школ.

Какие же сегодня профессии, по общему мнению, сулят успех, какие занятия сладки и желанны? Что угнездилось в коллективном бессознательном на тему «кем быть?» Едва я об этом задумалась, как тут же подвернулся ответ. В метро расклеили рекламу проекта “Kidzania” – парк, где дети играют в профессии. Проект, понятно, коммерческий: сегодня даже «в школу» или «в магазин» надо играть за деньги; даже удивительно, как мы в наше детство сами-то обходились.

А поскольку проект коммерческий, он обязан потрафлять стереотипам общественного сознания. Коммерсант ведь не учит и не воспитывает обывателя – он собирает с него денежки, а чтобы собрать денежки, нужно дать ему то, что уже есть в его голове, хотя бы и в смутном виде. Что бы человек ни покупал, кроме хлеба и картошки - он всегда покупает прирост самооценки и престижа. Так что же престижно и желанно?

А вот что. На стенах вагонов висят портретики детишек, наряженных, как большие, с соответствующими надписями: кто есть кто. Вот надувает щёки (в самом прямом, физическом, смысле) директор по маркетингу. А вот шеф-повар, директор магазина, арт-директор, заведующая отделением (судя по фонендоскопу на шее – в больнице). А вот топ-менеджер широкого профиля.

Идея лапидарна: работать надо – начальником. Кем-то командовать, какими-то условными «таджиками». Работать самому? Не на таковских напали! Теперь я, кажется, понимаю, почему в моей компании любой, кого назначают микроскопическим начальником, ещё не начав руководить, немедленно прекращает работать. Так что девочка Ася – которая «заведующая отделением» – ни за что не пойдёт в каникулы в больницу санитаркой, как делали в прошлых поколениях многие, мечтавшие о медицине. Ася – уже руководитель, начальник. То есть не работник.

Но это лишь поверхностный слой. Есть тут и идея более глубокого залегания: начальник – это особая профессия, в которой знать дело – в общем-то, лишнее. Сегодня руководят топ-менеджеры, т.е. профессиональные начальники – по образованию юристы-финансисты. Они начальники, они разруливают финансовые потоки, остальное – для «таджиков», которые копошатся где-то внизу, в ничтожестве. По этому принципу сегодня управляются корпорации, да и целые отрасли. Результат? Ну, сами знаете…

Так что же – все хотят быть начальниками? Не все. Есть место, где переносимо не руководящее положение. Это - «креатифф», который необсуждаемо прекрасен сам по себе. А потому годятся любые профессии. Ну, там режиссёр, гримёр и, естественно, телеведущая – ключевая профессия современности. Очевидно: девочка с нездешним именем Даяна не может быть оператором машинного доения или учительницей географии в 7-м классе. Только телеведущая!

Я отнюдь не оцениваю этот проект: он меня интересует только как маленькое окошко в коллективное бессознательное. Надо сказать, что стереотипы общественного сознания схвачены очень верно и коммерчески точно.

К чему сегодня стремятся реальные Денисы, Максимы и Аси? Вот к этому примерно и стремятся. А кто им объяснит, чего им хотеть, когда и взрослые этого не понимают? Лев Толстой когда-то говорил, что счастье – это не делать, что хочешь, а хотеть того, что надо. Очень верно. Но кто бы сказал: а что надо? Какие профессии нужны обществу, стране? Что потребуется через десять лет? От молодого поколения отделываются пошлостями, вроде: займись любимым делом, и успех сам найдёт тебя. В результате молодёжь идёт в те институты, которые есть – а как по-другому-то? Большинство заведений учит на всё тех же юристов-экономистов, как десять лет назад. В результате через пять лет получаем фрустрирующего неудачника, пригодного разве что для отсидки в конторе. А конторы и так полны.

Мы грезим об индустриальных прорывах, а подавляющее большинство молодёжи учится у нас по гуманитарным специальностям. С кем в прорыв-то идти: с культурологами и политологами? Почему они идут на гуманитарные специальности, ведь есть же технические заведения? Идут потому, что так – легче. Учиться легче. Если мы хотим, чтобы молодёжь подлинно переориентировалась на естественные науки и технологии – надо попросту закрыть 9/10 гуманитарных «точек». И открыть много техникумов. Социальным стандартом должно стать среднее техническое образование. Стань сначала техником, а там можно и на инженера выучиться.

Пора понять: подлинное высшее образование, т.е. освоение знаний на самом передовом уровне и – главное – способность производить новые знания, доступно процентам десяти населения. То, что имеется сейчас, - это по большей части симулякр. Все эти «финансово-лингвистические академии» – просто отстойник для передержки молодняка, ничего больше. Делать вид, что «всё идёт по плану» - больше нельзя. Мы стоим у опасной черты.