Categories:

"КАК ПЕРЕД НЕЙ НИ ГНИТЕСЬ, ГОСПОДА..."

  

Вот она радость-то, светлый праздничек! Ликуй, сиволапая Русь! Впору в пляс пуститься, в присядку, а то и «калинку» отчебучить:  нас снова пустили в ПАСЕ!  На каких условиях? Да какая разница! Нам ли, лапотникам,  обсуждать условия?  СМИ уже назвали возвращение важной победой российской дипломатии. 

И то сказать – победа! Нас будут гнобить, учить жить, упрекать в каких-то там нарушениях, бывшие остзейские провинции будут возбухать и демонстративно покидать заседания, а мы… мы будем сидеть и обещать исправиться.

Что-то это сильно напоминает… Ах, да, конечно: Олимпиаду и допинг. Уж как мы только ни гнулись, ни оправдывались, ни доказывали, они – светочи цивилизации и прогресса – остались неколебимы и непреклонны. И, уверена, ещё впереди нас ждёт масса унижений. А всего и дела-то было – спокойно выйти вон.  И денег бы сколько сэкономили! Сколько бы стадионов наоткрывали для детского и массового спорта! Так нет же, скулили перед дверью, ходили под белым флагом, теперь опять, кажется,  надо что-то доказывать.

Кому нужен весь этот мазохизм? Зачем он? 

Тут несколько слоёв. Самый поверхностный: он нужен дипломатам и чиновникам. Ездить за казённый счёт за границу, в приличные страны, а паче того – сидеть там подолгу, получая большую зарплату и не отвечая ни за какой практический результат – это ли не идеал жизни гладколицего джентльмена в скромно-элегантном костюме? Вот эта публика, разумеется, будет зубами и когтями  цепляться за любую возможность сидеть на хорошем месте. Самое досадное наказание – возвращение на родину. Это знают все, кто маломальски причастен к этой среде, но говорить вслух – неполиткорректно. В фильме «Спящие» - сказали, так режиссёра тотчас дружно заклевали. И поделом: самое обидное – это правда, которая вообще-то всем известна, но лишь редкие наглецы позволяют себе произносить её вслух. 

Кстати, об этом же упомянул на сайте «Царьграда», правда, вскользь, старый дипломат, заместитель председателя Ассоциации российских дипломатов Андрей Бакланов: «Я понимаю желание людей туда ездить и работать в этих уютных условиях. Но надо всё-таки разобраться в природе того, что там имеет в настоящее время место». Самое прекрасное слово тут «всё-таки»: все любят «уют», но «всё-таки» не мешало бы и поработать – разобраться. 

Но это, повторюсь, самый поверхностный слой. Есть более глубокий. Это наш  унылый провинциализм, чрезвычайно распространённый среди высших слоёв - даже больше, чем среди простой публики.  Что такое провинциализм?

Это вовсе не узость кругозора или незнание того и этого, неумение стрекотать по-английски «с прононсом» или подбирать галстук под цвет носков. Провинциализм – это ощущение своей непоправимой второсортности. Гнетущее чувство, что живёшь ты на помойке и ничего хорошего там нет и не предвидится. А потому самое главное твоё жизненное задание – из этой помойки выбраться, вырваться, убежать. Провинциалу не приходит в голову даже попытаться превратить помойку сначала в пригодное, а потом и желанное для жизни место. Нет! Помойка – она всегда помойка, а он – всегда убогий и второсортный. И главное – припасть к первосортным, которые – там.

Жить на Западе, быть принятым на Западе, делать, как на Западе – это необсуждаемое благо. Так мыслит и чувствует провинциал.  Безусловно и без рассуждения участвовать в любых международных организациях, присоединяться решительно ко всему, куда пускают и рваться туда, куда почему-либо не пускают, словно купчина в дворянское собрание – вот поведение этого провинциала. Провинциал даже не смеет рассуждать о том, какая ему выгода от участия во всём этом. Запад – это прекрасно само по себе.  Мы долго скулили перед дверью ВТО – и наконец нас впустили. И что же? Может быть, это защитило нас от санкций? Вроде нет. Но захоти мы проводить политику разумного протекционизма – поднимется ор. 

Нет, далеко не случайно после войны начал Сталин борьбу с «космополитизмом и низкопоклонством». К сожалению, она была превращена нашим Агитпропом в уродскую вакханалию, но идея была очень верная. Мы, как привыкли с петровских времён смотреть на всякого иностранца как на светоча и учителя, так и продолжаем поныне. А за высшее счастье почитаем подвизгивать на коврике в прихожей у западных господ. Сколько комбайнов можно было б купить за те 66 млн. евро, которые мы должны будем заплатить за возвращение в ПАСЕ… 

Никакого рационального обоснования такое поведение не имеет. Многократный и вековой опыт должен был бы убедить нас в том, что никакоеповедение России не способно заставить Запад её полюбить. «Чем искреннее и бескорыстнее усваивали мы себе одну из европейских точек зрения, тем глубже ненавидела нас Европа, никак не хотевшая верить нашей искренности и видевшая глубоко затаенные властолюбивые планы», -писал ещё Н.Я. Данилевский  в знаменитой книге «Россия и Европа». А дипломат Тютчев выразил ту же мысль стихами: 

Как перед ней ни гнитесь, господа,
Вам не снискать признанья от Европы:
В ее глазах вы будете всегда
Не слуги просвещенья, а холопы.

Но мы всё равно гнёмся, каемся и платим. 

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.