domestic_lynx (domestic_lynx) wrote,
domestic_lynx
domestic_lynx

ЗАЧЕМ ОНА - АКАДЕМИЯ?

Один из читателей посоветовал мне написать про реформу Академии наук.

Никаких специальных знаний ни об Академии, ни о науке я не имею, но всю жизнь так или иначе соприкасаюсь с учёными и наукой. И по свойству всего моего поколения науку я всегда чрезвычайно уважала, а учёных, особенно прошлых эпох, считала особыми, необыкновенными людьми. И то сказать: я этого даже и понять не могу, а они - сумели придумать. Не иначе, особые люди.

Помню, в детстве читала я книжку: Ильин и Сегал «Как человек стал великаном». Там история человечества была изложена в преломлении к науке. Человек умнел-умнел – и вот стал великаном. И всё это не благодаря военной силе, или накоплению денег, или порабощнию других народов, а благодаря знаниям, пониманию, силы мысли. Науке. «Знание – сила» - так и журнал назывался , которым все тогда увлекались. Но это постарше, а в детстве читали толстые ежегодники «Хочу всё знать!» - у меня сохранилось несколько. Так что книжка про «человека-великана» вполне отражала общую атмосферу. Правда до наших дней книжку довести не сумели, остановились на Джордано Бруно; вероятно, помешала война. Говорят, авторы – родственники Маршака, а книжка написана по совету Горького. Замечательно талантливая книжка, именно так и надо писать для детей и подростков.

Советская власть с самого начала своего существования считала развитие науки не просто «одним из приоритетов», а делом главнейшим, на котором всё должно базироваться. На это денег не жалели, хотя время было – куда уж беднее. Верили: наука даст ответы на все недоумения и разрешить любые задачи. Впечатлительный Горький даже брякнул вгорячах: «Если крестьяне не дадут хлеба, учёные научатся выделывать его в своих лабораториях». И нечего хихикать! Так люди тогда верили в науку. Тем более Горький, не получивший систематического, а уж паче того научного, образования. Но это было не личное свойство Горького – такая безудержная вера в возможности науки. Это – доведённая до последних пределов идеология Просвещения. Наука – обожествлялась. Она буквально заменила низвергнутого Бога, встала на его место. Судите сами.

Каковы свойства Бога? Он – велик, он – самый главный. Бог – всемогущ. Точно так же свойство всемогущества приписывалось науке, человеческому знанию. Не сегодня, так – в будущем. (Будущее в коммунистической религии играло роль Рая). Нет пределов человеческому знанию – считало Просвещение и выросшая на его базе советская идеология. Идём дальше. Бог, как известно, знает всё и во всё, так сказать вникает (помните про волос, который не упадёт с головы без божьего изволения). Ровно так и наука! Она тоже знает всё и во всё вникает. Недаром к любому, и даже мелко-ничтожному предмету, предписывался «научный подход» - старшее поколение помнит. Научный подход – значило рациональный, осмысленный, наилучший. Никакой науки там могло и не быть, но просто делать по уму – значило на языке той эпохи делать научно. Были нелепые эксцессы, но сам подход был – верный. И он помог за несколько десятков лет превратиться из страны лапотной – в передовую державу.

Научная профессия была страшно престижной в пору молодости моих родителей – в 50-е годы. Она хорошо оплачивалась, учёные, как и военные, были всенародными любимцами. О них писали романы, пьесы, снимали фильмы. Несколько лет надад я купила у букинистов роман Веры Кетлинской «Иначе жить не стОит» - об учёных, работающих в угольной промышленности. Необычайно увлекательна атмосфера свершения, поиска, достижения – всё то, что впоследствии было напрочь утрачено. Были авторы, прямо-таки специализирующиеся на литературе об учёных: самый известный – Даниил Гранин; кажется, он жив и поныне.

В 50-60-е годы ядерный физик был универсальным символом «доброго молодца»: о нём писали и снимали фильмы (знаментитейший «Девять дней одного года»), его любили девушки, о его карьере мечтали мальчишки. Каждая эпоха порождает свой тип доброго молодца и Василисы прекрасной. К сожалению, сегодня это банкир под руку с проституткой или что-то вроде. А тогда было по-другому: тогда это был молодой учёный-физик, делающий открытие и равнодушный ко всему кроме своей любимой науки. Вот в такой горячей атмосфере успешно работала Академия наук – штаб и координатор научных исследований. Вроде министерства науки, но состоящая из учёных, а не просто из бюрократов. Впрочем, тогдашние бюрократы в любой области были профессионалами того предмета, которым управляли: в Минсельхозе сидели агрономы и животноводы с опытом работы на земле, в Минстанкопроме – инженеры-станкостроители и т.д. Ну а Академия наук была вот таким своеобразным учреждением, что указывает на её весьма высокую роль в жизни страны.

Сколь я понимаю, политическое руководство ставило задачи Академии, а та – переформулировала их на языке науке и раздавала своим институтам. Поставить задачу – это значит сформулировать искомый результат, выделить ресурсы, определить сроки и назначить ответственного, с которого будет спрос. Спрос – был. Но и внимание было огромное.

Главные задачи так или иначе крутились вокруг военной области. Ничего специфически советского тут нет: война – это универсальный стимул развития науки от Архимеда до Леонардо и далее по всем пунктам. И Космос, и всенародно любимый интернет – всё это зародилось у военных и для войны.

Советская власть искренне верила в возможности науки, и даже шире – в возможности постановки и решения задач. Она верила: мы можем, и покуда верила – мы могли. А потом – перестали. Она ставила задачу освоения территории, разведки недр, замахивались даже на улучшение климата, строились города в тайге. И Академия Наук перебралась в Сибирь. До сих пор в Новосибирске Академгородок считается лучшим местожительством.

В бреженевские времена научная профессия постепенно утрачивала свой ореол, оставаясь при этом вполне престижной и желанной. Но профессия учёного мало-помалу превратились из высокой миссии в просто приличное место работы: публика интеллигентная, разговоры занятные, спроса особого нет (не то, что на заводе или в совхозе, где надо гнать план), библиотечные дни. Зарплата не так чтоб уж особо, но если защитишь диссертацию – ничего. Работать в академических институтах считалось очень даже престижным делом, хотя зарплаты там были ниже, чем в отраслевых. Но русский человек всегда жил не хлебом единым, а чем-то иным: интересом, приятной компанией.

Я застала время, когда НИИ в общественном сознании прочно превратилось в символ сонного царства, где ничего не происходит кроме защит диссертаций на какие-то измышленные специально для этой цели темы, да ещё непрестанных интриг учёных друг против друга на почве всё тех же диссертаций. Ну а кто не имел склонности к интригам, те жили мирно и ненапряжно. Я уже рассказывала про мою приятельницу П., которая работала в одном московском академическом НИИ в женском коллективе. Они жили просто одной семьёй, приносили на работу какие-то самодельные салатики для коллективной дегустации, делились методами укрепления здоровья, привязывались медной проволокой к батарее для сброса вредного заряда, а одна дама в рабочее время… катала под столом бревно – для борьбы с плоскостопием, кажется. Наверное, в этом не было ничего особенного, но мне тогда тамошняя жизнь казалась дичью.

Наука в брежневские времена мирно и незаметно вползла в общий застой. И по-другому и быть не могло. Потому что наука – не самостоятельная, не самодовлеющая сущность. Она решает задачи, которые ей ставятся извне. Сами по себе, из себя, учёные могут породить только то, что сами же называют «удовлетворением собственного любопытства за казённый счёт». А большие задачи и большой спрос за исполнение в те времена, сколь я понимаю, поступать перестал. Весь народ во главе с политическим руководством как-то внутренне махнул на всё рукой. Перспективных задач не ставилось: идёт как идёт. Потребности текущей гонки вооружений обслуживали отраслевые «почтовые ящики», а на штурм неба замахиваться перестали.

Сегодня защита диссертаций превратилась в чистый симулякр – просто некий престижный значок, ничего не значащий. Приятель моего сына зачем-то стал кандидатом экономических наук – ну, типа престижно.


К чему я это всё рассказываю. А вот к чему. Реформа Академии, какой бы она ни оказалась, не будет иметь успеха. Это понимают сами академики, и это заметно даже по малочисленным телевизионным интервью: все учёные говорят как-то кисло. Все наши реформы (не только академии) лапидарно описаны дедушкой Крыловым в басне «Квартет»: пересадка и перестановка – мало продуктивный метод.

Академии Наук, и не только ей, позарез нужно большое задание, большая цель. А чтобы дать такое задание, его, как легко сообразить, надо иметь. Зачем нам Академия? Наука вообще зачем? Что мы хотим получить с помощью науки? Что мы вообще делать-то собираемся? Этого не знает никто. А в отсутствии цели обсуждать средства – неблагодарное занятие. Это всё равно, что обсуждать материал, когда не знают, какое изделие из него планируется изготовить, и хотят ли вообще что-то изготовлять или просто так, поговорить решили. Полагается ведь в благоустроенном государстве иметь науку и учёных – ну и нам вроде надо. Вот у нас, по-моему, именно такой случай наблюдается.

Вот затеяли несколько лет назад дорогостоящую бучу со Сколковом. Я несколько раз побывала в этом потешном заведении – очень юмористическое место. Так что же теперь со Сколковом? Отдадут под дом пионеров или будут продолжать смешить окрестных ворон? И как всё это соотносится с нынешней бучей вокруг Академии? Или это некие отдельные, непересекающиеся сущности, вроде параллельных плоскостей? Что говорит на сей счёт наука?

Единственное, что понятно в реформе Академии, это отъём у учёных недвижимого имущества. Пускай на науке сосредоточиваются! Это понятно: недвижимость – слишком серьёзная вещь, чтобы обременять ею научных работников.

А всё остальное – мрак и невнятица. И по-другому быть не может. Все наши реформы – это попытка пойти туда не знаю куда. И Академия – не исключение.


P.S. Очень характерно: мои дети, всегда много читавшие, книжкой «Как человек стал великаном» - не увлеклись, как я им её ни подсовывала. Атмосфера изменилась.
Subscribe

  • ОТКУДА ВЗЯТЬ СЕЗОННИКОВ?

    Вице-премьер Виктория Абрамченко поручила Министерству труда, Министерству внутренних дел и Министерству сельского хозяйства проработать вопрос о…

  • ЧТО Я ПОМНЮ О ЕЛЬЦИНЕ

    По телевизору казённые торжества по случаю 90-летия Ельцина. Путин произнёс прочувствованную речь: «Что отличало Бориса Николаевича - отличало…

  • ГРЯДЁТ РЕВОЛЮЦИЯ?

    В России явно готовится революция. Цветная или ещё какая – не так важно. Важно, что революция. Поэтому, глядя на школоту Навального, да и…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 295 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • ОТКУДА ВЗЯТЬ СЕЗОННИКОВ?

    Вице-премьер Виктория Абрамченко поручила Министерству труда, Министерству внутренних дел и Министерству сельского хозяйства проработать вопрос о…

  • ЧТО Я ПОМНЮ О ЕЛЬЦИНЕ

    По телевизору казённые торжества по случаю 90-летия Ельцина. Путин произнёс прочувствованную речь: «Что отличало Бориса Николаевича - отличало…

  • ГРЯДЁТ РЕВОЛЮЦИЯ?

    В России явно готовится революция. Цветная или ещё какая – не так важно. Важно, что революция. Поэтому, глядя на школоту Навального, да и…