Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

рысь

Stat’ russkimi

Stat’ russkimi

Недавно оказалась в одном из сравнительно новых бизнес-центров. Интерьерчик вполне trendy: полупрозрачный минимализм с неназойливыми ремининсценциями из 60-х - колченогие кресла-раковины, почти невидимые столики - всё как везде.

А вот и новое! Сижу в кафе, и глаз упирается в постер в полстены, а на нём – матрёшка, похожая на цыганку, балалайка, по всему полю – кренделя-завитушки и надпись: «REMEMBER YOUR ROOTS» (помни свои корни) – вот какой нынче лозунг момента. Левее постера – частокол из берёзовых стволиков.

Это – новое. Несколько лет назад повесили бы что-нибудь глобалистическое, всеохватное, наднациональные, вроде часов, показывающих время в разных столицах мира, которые было в прежнее время принято помещать в гостиницах над рецепцией. Тогда мы все пытались отряхнуть прах национальности с наших подошв, превратиться в «общечеловеков», т.е. западных иностранцев: одеваться как они, стоять-сидеть, как они, есть, как они, говорить и, главное, думать на business English’ e. Вместо «Ни фига себе!» стали восклицать «Вау!», а по утрам вместо вкусной, но устарелой каши жевать картонные на вкус, но прогрессивные мюсли. В те времена модные девушки стали говорить словно бы с акцентом. А уж повесить матрёшек – это разве что в деревне в доме колхозника.

И вот всё дивно переменилось. Дочки тех стильных с акцентом – надевают павло-посадские платки, топ-менеджеры ездят на иностранных тачках по всяким там Суздалям и утверждают, что любят гречку.

Недавно в Вене мне привелось поболтать с одной местной дамой о моде, об одежде – обычные женские темы. Так вот она рассказала, что у них бум народного костюма. В нём есть мода, он видоизменяется, а это значит – живёт.

Что это значит? Люди хотят вновь стать немцами, чехами или русскими. Глобализация (под которой чаще всего подразумевалось непререкаемое господство Соединённых Штатов) – откатывается назад. Для начала на уровне моды и стиля. Кстати, не надо считать моду чем-то пустым и вздорным: она – интегральное выражение чувства жизни, господствующего в данную эпоху.

Сегодня мы видим поворот в этом господствующем чувстве. Мне кажется, в нём проявляется верный инстинкт самосохранения народов. И даже не народов – людей. Человек входит в человечество не непосредственно, а через свой народ – как русский, китаец или француз. Иначе – захиреет, утратит самое желание жить. Сейчас это происходит с белыми европейцами-«общечеловеками»: они не хотят размножаться. Меркель, сама бездетная, предрекает, что лет через пятьдесят не будет немцев, а будут какие-то «среднеевропецы». Уже нет разницы между мужчинами и женщинами – у них уже нет специфических прав и обязанностей: они – просто люди. Это и есть то самое предсмертное смешение, о котором толковал больше ста лет назад наш непонятый соотечественник Константин Леонтьев. Вот против этой кладбищенской перспективы и двинулись смешные и наивные матрёшки. Двинулись, скорее всего, не понимая, что, собственно, происходит, а только лишь ощущая своими расписными деревянными боками новый ветер эпохи.

Эпохи ведь бывают центробежные и центростремительные. Мы, похоже, вступаем в центробежную эпоху – эпоху нового разделения. Разумеется, разделение не исключает объединения для какой-то цели, но объединяться будут «исторические тела» (как выражались в старину историки), осознающие себя как нечто отдельное и обладающее своими качествами, целями и задачами. В этом видится мне тренд истории. И русофобская возня – это в числе прочего борьба старого, глобалистического, с новым – национально-специфическим. Борьба центробежного и центростремительного. Глобализм – это сегодня старое, отжившее, антиглобализм – своего рода новый провинциализм – это новое.

Глупая матрёшка с балалайкой кому-то наверняка покажется чем-то старым, а она – новое. Просто время сейчас настолько убыстрилось, что глаз не успевает уловить, где старое, а где новое. Мы продолжаем считать нечто новым, а оно – уже устарело. А старое оказывается новым на новом витке исторической спирали.

Нам, русским, надо поскорее осознать себя русскими. К несчастью нашему, руководящий класс у нас – поверхностно-космополитичен, наподобие героев фонвизинской пьесы «Бригадир», очень напрасно забытой. «Французик из Бордо» сидит в наших головах и руководит поступками. Даже матрёшка призывает помнить о корнях по-английски.

Подобное было в нашей истории. Ключевский писал, что екатерининское дворянство хотело во что бы то ни стало стать иностранцами, оставаясь в душе совершенно русскими, а вот дворянство александровой эпохи, поколение декабристов, напротив, очень хотело быть русскими, будучи иностранцами в своей стране по культуре и воспитанию. Матрёшка, изъясняющаяся по-английски, говорит о том, что мы похожи на них. Но всё-таки мне кажется, наш космополитизм – очень неглубок: стать снова русскими нам не трудно. А кто не может – хорошо бы отправить в их духовное отечество.

А может и неплохо, что матрёшка зовёт помнить о корнях по-английски: пускай и иностранцы задумаются.
рысь

ИНТЕРЕСНОЕ КИНО

Наши власти, надо понимать, включились в информационную войну, где поле боя – отечественная история. Накануне 100-летия Октябрьской революции явлены два сериала: «Демон и революции» и «Троцкий».

В обоих главный герой - Парвус, который якобы революцию организовал и профинансировал немецкими деньгами. Заодно и Троцкого создал. Не будь его – никакого б Троцкого и в помине не было. Забавная сцена: Троцкий выступает на митинге, а сбоку – Парвус, вроде суфлёра или учительницы начальных классов, переживающей за дебют своего ученика.

А нас-то учили: пламенные революционеры! На самом деле, внушают фильмы, никакого пламени на свете нет – только звонкая монета. Есть монета – будет тебе любая революция. Вернее так: будет всё, чего пожелает заказчик. Пожелает революцию – будет революция. А вожди – ну, найдут и вождей, находят же, в конце концов, корпорации PR-менеджеров и способных копирайтеров; вот так и вождей можно найти, делов-то. Большие люди – говорите? Исторические деятели? Да нет никаких больших людей – окститесь, батенька, это вы совковых букварей начитались. Есть большие деньги и ничего более. А большие люди – они движимы ровно теми же чувствами и побуждениями, что все прочие-остальные: жаждой наживы и тщеславием – в разных пропорциях и комбинациях. А быдло, оно вечно бурлит, с начала времён. Оно – ресурс, материал для Больших Денег. В обычных условиях Большие Деньги заставляют быдло на себя трудиться и не вякать, а когда понадобится - Большие Деньги решают вывести быдло на площади сковырнуть того, кого им, Большим Деньгам требуется сковырнуть и поставить того, кого требуется поставить.

Вот такая, с позволения сказать, историософия лежит в основании юбилейных фильмов.

Сравнивать эту картину с исторической реальностью – вещь бессмысленная. Получится вроде "Библии для верующих и неверующих", где в помощью научных фактов опровергаются религиозные тексты: всё правильно – и всё мимо цели. Точно так и с фильмами: они не про историю. Они – про современность. И это насквозь идеологические изделия. Агитки. Вроде листовок, которые печатал Троцкий сотоварищи.

В 20-е года известный историк-марксист Покровский прославился фразой «История – это политика, обращённая в прошлое». Фильмы именно и есть такая политика. Ничего нового в подобном подходе нет, особенно в художественной литературе, литературе вымысла. Ещё Гоголь советовал в письме поэту Н.Языкову: «Бей в прошедшем настоящее, и тройною силою облечется твое слово». Вот они и бьют. Не зря сказано: кошку бьют, а невестке наветки дают.

Так кого бьют и кому наветки?

Элементарно, Ватсон. В обоих фильмах с дубовой прямолинейностью утверждается: все эти народные движения, революции и т.п. – проплачено и организовано из-за границы врагами России. Из чего с очевидностью вытекает: если ты вышел на площадь, протестуя против чего бы то ни было, ты – наймит врагов России. Тебе не платили денег? Значит, ещё хуже: ты лох, которого вслепую использовали враги.

Вывод: ВСЕ протестные движения – это попытка цветной революции, а ВСЕ народные вожди и трибуны – предатели и наймиты, за которыми стоит свой Парвус. Этот современный Парвус умеет штамповать народных вождей, как умеют его коллеги из шоу-бизнеса превращать в звёзд безвестных и безголосых певичек на проектах типа «Зажги свою звезду». Хочешь помогать Парвусу? Тогда иди на площадь. Не хочешь помогать Парвусу? Тогда сиди смирно и голосуй за кого велят. Вот лапидарный месседж фильмов широким обывательским массам. Вот такую нам сконструировали альтернативу накануне выборов. В торговом обиходе такой приём называют выбором без выбора.

В сущности говоря, эти «исторические» фильмы – продолжение сериала «Спящие», только костюмированное. Костюмы, кстати, красивые: рукава буфф, шляпы в стиле art nouveau, похожие на летающие тарелки.

Всё это означает, что власть пуще огня боится протестных движений и, надо полагать, не безосновательно. И та манипуляция общественным сознанием посредством «исторических» фильмов, к которой прибегли для предотвращения протестов, кажется мне довольно удачной.

Но она имеет очень опасные побочные действия. Эти изделия оскорбительны для нашего национального чувства. Выходит, что без варягов у нас даже революции не происходят, а наши деятели – марионетки западных спецслужб и тамошнего капитала – не более того. Поэтому может легко возникнуть не предусмотренная организаторами мысль: если мы такие никчёмные – может, правда, «придите и володейте нами»?

Решая сиюминутную задачу – предотвратить Майдан, манипуляторы понижают самооценку народа, бьют по его самоуважению. А это в наши грозные дни – крайне опасно. Низкая самооценка - хоть отдельного человека, хоть народа – противоречит любому свершению, отнимает возможность сопротивляться. Уверена: народ наш заслуживает серьёзного и честного разговора о прошлом и настоящем. Понимаю и то, почему он не ведётся: страшно очень. Да и не принято нынче говорить честно и прямо: мы живём в век глобальной манипуляции, игры и спектакля. Доиграемся…Наши власти, надо понимать, включились в информационную войну, где поле боя – отечественная история. Накануне 100-летия Октябрьской революции явлены два сериала: «Демон и революции» и «Троцкий».

В обоих главный герой - Парвус, который якобы революцию организовал и профинансировал немецкими деньгами. Заодно и Троцкого создал. Не будь его – никакого б Троцкого и в помине не было. Забавная сцена: Троцкий выступает на митинге, а сбоку – Парвус, вроде суфлёра или учительницы начальных классов, переживающей за дебют своего ученика.

А нас-то учили: пламенные революционеры! На самом деле, внушают фильмы, никакого пламени на свете нет – только звонкая монета. Есть монета – будет тебе любая революция. Вернее так: будет всё, чего пожелает заказчик. Пожелает революцию – будет революция. А вожди – ну, найдут и вождей, находят же, в конце концов, корпорации PR-менеджеров и способных копирайтеров; вот так и вождей можно найти, делов-то. Большие люди – говорите? Исторические деятели? Да нет никаких больших людей – окститесь, батенька, это вы совковых букварей начитались. Есть большие деньги и ничего более. А большие люди – они движимы ровно теми же чувствами и побуждениями, что все прочие-остальные: жаждой наживы и тщеславием – в разных пропорциях и комбинациях. А быдло, оно вечно бурлит, с начала времён. Оно – ресурс, материал для Больших Денег. В обычных условиях Большие Деньги заставляют быдло на себя трудиться и не вякать, а когда понадобится - Большие Деньги решают вывести быдло на площади сковырнуть того, кого им, Большим Деньгам требуется сковырнуть и поставить того, кого требуется поставить.

Вот такая, с позволения сказать, историософия лежит в основании юбилейных фильмов.

Сравнивать эту картину с исторической реальностью – вещь бессмысленная. Получится вроде "Библии для верующих и неверующих", где в помощью научных фактов опровергаются религиозные тексты: всё правильно – и всё мимо цели. Точно так и с фильмами: они не про историю. Они – про современность. И это насквозь идеологические изделия. Агитки. Вроде листовок, которые печатал Троцкий сотоварищи.

В 20-е года известный историк-марксист Покровский прославился фразой «История – это политика, обращённая в прошлое». Фильмы именно и есть такая политика. Ничего нового в подобном подходе нет, особенно в художественной литературе, литературе вымысла. Ещё Гоголь советовал в письме поэту Н.Языкову: «Бей в прошедшем настоящее, и тройною силою облечется твое слово». Вот они и бьют. Не зря сказано: кошку бьют, а невестке наветки дают.

Так кого бьют и кому наветки?

Элементарно, Ватсон. В обоих фильмах с дубовой прямолинейностью утверждается: все эти народные движения, революции и т.п. – проплачено и организовано из-за границы врагами России. Из чего с очевидностью вытекает: если ты вышел на площадь, протестуя против чего бы то ни было, ты – наймит врагов России. Тебе не платили денег? Значит, ещё хуже: ты лох, которого вслепую использовали враги.

Вывод: ВСЕ протестные движения – это попытка цветной революции, а ВСЕ народные вожди и трибуны – предатели и наймиты, за которыми стоит свой Парвус. Этот современный Парвус умеет штамповать народных вождей, как умеют его коллеги из шоу-бизнеса превращать в звёзд безвестных и безголосых певичек на проектах типа «Зажги свою звезду». Хочешь помогать Парвусу? Тогда иди на площадь. Не хочешь помогать Парвусу? Тогда сиди смирно и голосуй за кого велят. Вот лапидарный месседж фильмов широким обывательским массам. Вот такую нам сконструировали альтернативу накануне выборов. В торговом обиходе такой приём называют выбором без выбора.

В сущности говоря, эти «исторические» фильмы – продолжение сериала «Спящие», только костюмированное. Костюмы, кстати, красивые: рукава буфф, шляпы в стиле art nouveau, похожие на летающие тарелки.

Всё это означает, что власть пуще огня боится протестных движений и, надо полагать, не безосновательно. И та манипуляция общественным сознанием посредством «исторических» фильмов, к которой прибегли для предотвращения протестов, кажется мне довольно удачной.

Но она имеет очень опасные побочные действия. Эти изделия оскорбительны для нашего национального чувства. Выходит, что без варягов у нас даже революции не происходят, а наши деятели – марионетки западных спецслужб и тамошнего капитала – не более того. Поэтому может легко возникнуть не предусмотренная организаторами мысль: если мы такие никчёмные – может, правда, «придите и володейте нами»?

Решая сиюминутную задачу – предотвратить Майдан, манипуляторы понижают самооценку народа, бьют по его самоуважению. А это в наши грозные дни – крайне опасно. Низкая самооценка - хоть отдельного человека, хоть народа – противоречит любому свершению, отнимает возможность сопротивляться. Уверена: народ наш заслуживает серьёзного и честного разговора о прошлом и настоящем. Понимаю и то, почему он не ведётся: страшно очень. Да и не принято нынче говорить честно и прямо: мы живём в век глобальной манипуляции, игры и спектакля. Доиграемся…
рысь

"ОТЕЧЕСТВО МЫСЛИ И ВООБРАЖЕНИЯ"

Наконец посмотрела скандальный сериал «Спящие». Возмущение прогрессивной общественности вполне понятно. В фильме сказана - правда. При этом сказано то, что всем давно известно, а людям постарше – известно целые десятилетия, но говорить об этом вслух по действующей общественной конвенции - не полагается. Как объясняла княгиня Бетси Анне Карениной, есть вещи, о которых все знают, но их в хорошем обществе не принято обсуждать. Вот об этом самом дерзнули сказать создатели фильма.

ЭТО – прозападная ориентация высшего слоя и его внутренняя готовность перебежать.

Известный историк А.Фурсов приводил слова Бжезинского: если ваша элита держит деньги в наших банках, то уже непонятно, чья это элита – ваша или наша. На самом деле всё гораздо хуже: с головой, повернутой на запад, живут далеко не только те, кто держит деньги, у интеллигентов и денег-то существенных нет, а Запад, любят, обожают, боготворят. «Отечеством мысли и воображения» назвал безвестный автор XVIII века Францию.

Сегодня таким отечеством для значительной, возможно, преобладающей, части высшего слоя является Запад в целом. Для этих людей начать работать в пользу этого «отечества» - и не предательство вовсе, а так – возвращение на родину. Водворение некоего порядка и соответствия в жизни: я там, где по высшему закону должен быть. Этим людям для предательства не требуется внутри себя переступать какую-то страшную черту – так, маленький порожек, а то и вовсе ничего.

В фильме героиня говорит, что все они – выпускники МГИМО, только разных годов. Мне кажется, это необоснованное сужение темы. Я в МГИМО не училась, я училась в инязе им.М.Тореза в незапамятные застойные времена конца 70-х. У нас атмосфера обожания Запада и жажды заграницы была густа и безальтернативна. Забавно, что преподаватели нам постоянно говорили, что мы-де «бойцы идеологического фронта»: соприкасаясь с иностранцами, мы должны уметь дать надлежащий отпор вражьей пропаганде. Как дружно и зло мы осмеивали всю это коммуняцкую белиберду, как тогда казалось! Какая борьба? Скорее бы приложиться к этой сладостной загранице и забыть, как страшный сон, все эти «славы КПСС», политинформации и разговоры об этапах общего кризиса капитализма. Как дружно презирались общественно-политические дисциплины, которые полагалось изучать в течение всех пяти лет. Чушь, совковая агитка! Она необходима, чтобы получить пропуск в вожделенный дивный мир Запада, но сама по себе – увольте. Помню, тогда из желания выпендриться и быть «не такой, как все» (юности свойственно это стремление) я посещала все лекции по этим предметам. Это сильно напоминает известные слова Василия Розанова, сказанные накануне революции: нынче быть вольнодумцем – значит отстоять обедню и уважать государя императора. Такое состояние умов, безусловно, предшествует развалу. Он и произошёл: и при Розанове, и при нас. Революция – это всегда развал.

Мой муж, учившийся в тот же период в матклассе ныне знаменитой 57-й школы, рассказывал, что не стал поступать на физфак МГУ, а пошёл в МФТИ, поскольку был утомлён, как он выражался, «еврейско-диссидентской тусовкой», которая правила у них в классе и нацеливалась на МГУ.

В начале 80-х годов мне довелось недолго потрудиться в Минвнешторге. Там я обогатилась таким речевым оборотом. "N. уехал в длительную командировку в Италию". - "А сколько он ЖДАЛ?" Находясь в "этой стране", можно было только ЖДАТЬ, ждать истинной жизни, которая начинается только ТАМ. Об этом говорит герой фильма Родионов, которому расхотелось поступать в МГИМО, когда услышал разговоры студентов о том, как ужасно, когда приходится возвращаться на родину. Верное наблюдение: в те годы похвалой удачливому карьеристу, произносимой со смесью зависти и восхищения, было: "Из заграниц не вылазит".

Любая копеечная «англичанка», долбилка неправильных глаголов и комплекс обджектов, втайне ощущала себя причастной высшей жизни. Цивилизации. Да что училка! Даже валютная кассирша – это была уже далеко не простая кассирша, а кассираша причастная, прикоснувшаяся. .

На таком фоне набрать сколько надо «спящих» - пара пустяков. Мне кажется многим и больших денег-то не надо; просто приласкать их, похлопать по плечу, дать понять, что ты да я – одной крови – цивилизованной, европейской, не то, что все эти совки-неандертальцы.

Их было ничтожно мало в составе населения? А много и не надо! Достаточно того, что это было и есть почти безальтернативное воззрение высших и их обслуги.

У нашего руководящего класса со времени петровских реформ понижен иммунитет к Западу. Это хорошо понял Карамзин: «Некогда называли мы всех иных европейцев неверными, теперь называем братьями; спрашиваю: кому бы легче было покорить Россию — неверным или братьям? Т.е. кому бы она, по вероятности, долженствовала более противиться?».

Простые люди более почвенны и, следовательно, патриотичны, но музыку заказывает высший слой.

Отсюда – все эти «спящие». Нам всем надо проснуться и для начала осознать эту давнюю болезнь народного духа.
рысь

ИНТЕРЕСНОЕ КИНО

NIТSCHEGO, или ИНТЕРЕСНОЕ КИНО

Этот ролик снискал массу просмотров в Интернете.

Погожий зимний день, деревенская дорога, едет машина. Закадровый текст:
Что происходит у нас в Серове?
У нас в Серове ничего не происходит.
Это повторяется на все лады на фоне столь же однообразных, плоховато снятых трясущейся камерой пейзажей.

Чушь какая-то? Чушь, разумеется. Но ведь успех! А успех, что бы там ни бубнили завистники, на пустом месте не возникает. Значит, какие-то струны зрительской души эта чушь затрагивает. Какие же именно?

Мне кажется вот что.

Сегодня мир замер в ожидании. Даже не так: он оцепенел в ужасе, в котором боится признаться сам себе. В ужасе перед неизбежным и неизвестным. Он не может пошевелиться, сдвинуться, он как-то ослаб. Вы заметили, что уже давно не предпринимается ничего подлинно большого, значительного, такого, за что несколько десятилетий назад люди брались и доводили дело до результата? А сегодня – никак. Поглядите на все наши реформы: канителятся, канителятся – и всё никак. Только латание явных дыр. А на большое, перспективное – нет ни сил, ни идей. Это ведь только диванному воинству всё всегда ясно: убрать тех, назначить этих – и «всё будет чрезвычайно хорошо», как говорил герой Ильфа и Петрова.

В других странах иначе? Да нет, точно так же. Мир словно обнулился, превратился в ничего.

Крайняя слабость, бессилие. Вплоть до желания умереть – по причине неясности, «куда жить».

Такое было – чуть более века назад. Наше время изумительно похоже на канун I Мировой войны – во многих отношениях. Даже сегодняшними попытками копировать господствовавший тогда архитектурный стиль модерн.

И тогда была тоже эпидемия самоубийств – как сегодня.

Вот отрывок из статьи Корнея Чуковского. Речь о 1910-м годе. Тогда распространилась форменная эпидемия немотивированных самоубийств. Чуковский пишет:
"Новый рассказ Максима Горького:
"Макар решил застрелиться".
Новый рассказ Ивана Бунина:
"Захлестнул ремень на отдушнике и кричал от страха, повесился..."
Новый рассказ Валерия Брюсова:
"Она отравилась..."
Новая книга З.Н. Гиппиус:
"Прошлой весной застрелился знакомый, студент..."; "Муж и жена отравились..."; "Смирнова выпила стакан уксусной эссенции..."

Это не газетная хроника, а начало статьи Чуковского "Самоубийцы": "В наших современных книгах свирепствует теперь, как и в жизни, эпидемия самоубийств. Удавленники и утопленники - современнейшие нынче герои. И вот новая, небывалая черта: эти люди давятся и травятся, а почему - неизвестно". Прямо как сегодня, когда подростки из благополучных семей бросаются из окон.

Знаменательно, что в накануне I Мировой войны в Петербурге статистика самоубийств была почти сегодняшняя российская: 30 случаев на 100 тыс населения (сегодня 35). С началом войны количество самоубийств тотчас упало втрое: люди обрели хоть какой-то смысл; потому, наверное, вступление России в войну так бурно приветствовали. Век назад «обнуление» кончилось жесточайшей схваткой народов, гибелью империй, рождением первой попытки реального социализма, отмеченного всеми «родимыми пятнами» войны, из которой он вышел.

А какой будет выход из нынешнего обнуления? Хочется верить, что – не война. Во всяком случае, не глобальная: локальные-то идут беспрерывно. Мне думается, мы – весь мир – стоим на пороге обретения какой-то новой веры, нового смысла, нового взгляда, того, что наши трансатлантические друзья называют словом vision.

Этот новый взгляд будет столь же масштабен и влиятелен, как когда-то марксизм или даже христианство. Вероятно, это будет одновременно и философия, и религия, и политическая практика, как было в марксизме.

Нас ждёт иная нарезка границ, возрождение казалось бы забытых идей и форм государственной жизни и бытового уклада – того, что Бродель называл «структурами повседневности». Какой будет эта новая жизнь – зависит и не зависит от нас, наших желаний и намерений. В истории действуют роковые, провиденциальные силы, которые легко смахивают фигурки, выстроенные слабым человеческим разумом. Но и недооценивать человеческую сознательную активность – нельзя: «Мужайтесь, о други, боритесь прилежно, /Хоть бой и неравен, борьба безнадежна!» Главное – уловить тренд истории и встроиться в него. Но пока – затишье перед бурей.

Ролик из Серова – это своего рода «Чёрный квадрат» Малевича, показанный в 1915 году. Там тоже было изображено - ничего. Нуль. Кино кончилось, экран погас. Если суждено быть продолжению – это будет совсем иное кино.

Но сегодня пока – ничего.

Впрочем, не надо бояться «ничего». Рассказывают, будто Бисмарк, служивший послом Пруссии в России, очень любил и ценил это русское словцо, не имеющее полных аналогов в иностранных языках. Однажды он перевернулся в санях, оказался в сугробе, промёрз, промок, а потом услыхал от крестьянина на постоялом дворе: «Ничего, барин!» - и как-то сразу стало легче. Бисмарк даже заказал себе кольцо с надписью «NITSCHEGO” и в трудные минуты смотрел на него – и успокаивался.

Жизнь продолжается. А самое интересное кино, как говорил один опытный пожилой прораб, - это завтрашний день.
рысь

А БЫЛО ЛИ ЧЕМУ ЗАТМИТЬСЯ? (Про статью С.Кара-Мурзы «Провожая 2014 год»)

В «Точке.ру» небольшая заметка С.Г. Кара-Мурзы на его «фирменную» тему – о «затмении разума» http://tochka-py.ru/index.php/ru/glavnaya/entry/390-00038. Радостное разрушение советской жизни на рубеже 80-х и 90-х годов известный учёный объясняет именно этим самым «затмением» - неким массовым психозом – мои итальянские друзья называли подобное явление «коллективной галлюцинацией». Рассмотрение с разных точек зрения этого самого «затмения» и составляет основное содержание трудов Сергея Георгиевича. Ему удалось очень убедительно показать, что СССР рухнул, можно сказать, «на ровном месте»: не было даже существенного экономического кризиса. То есть, рассуждая в терминах истмата и пресловутого «примата экономики» - ничего не получается: материальное производство понемногу развивалось, все были сыты, благосостояние понемногу росло. Даже и пресловутая гонка вооружения, как обстоятельно, с цифралми в руках, показал С.Г. Кара-Мурза, не была для экономики СССР неподъёмной: была трудной, но переносимой.

И вот на этом не блистательном, но вполне заурядном фоне народ во главе с т.н. интеллигенцией, всякого рода учёными, писателями, публицистами - оказался охваченными умственной лихорадкой: «Так жить нельзя!». (Тем, кто забыл: так назывался перестроечный фильм режиссёра Говорухина – бешено популярный; его видел буквально каждый, я тоже видела и одобряла. В сущности, важнее всего там название). Очевидно: требовались улучшения советской жизни, какие-то реформы, но нам массово показалось: нужны не реформы, а слом. Та жизнь, которой мы жили вдруг показалась нам отвратительной, гадкой, какой-то анти-жизнью, придуманной злонамеренными коммуняками, ничего общего не имеющими с нами ради того, чтобы над нами издеваться, унижать нас и мучить. И эту гадкую жизнь нам страстно захотелось искоренить, сжечь, растоптать, превратить в прах. У наших украинских братьев эта умственная лихорадка протекает в ещё более острой форме: им хочется зачеркнуть даже собственную историю, заменив её наскоро сочинёнными байками про древних укров.

В жизни отдельного человека такое тоже бывает, обычно это кризис среднего, а то и предпенсионного возраста: собственная жизнь, объективно вполне нормальная и даже сравнительно успешная, вдруг представляется человеку чередой тяжких ошибок, а сам он кажется себе убогим неудачником, понапрасну прожившим жизнь. В подобном уморасположении человек может совершить разнообразные и разнокалиберные глупости – от побега из семьи до самоубийства. Но это отдельный человек, но так чтобы целый народ… Да, выходит дело, бывает, что и целый народ вдруг ощущает потребность зачеркнуть своё прошлое, да и настоящее заодно. Так или иначе, народ наш народ с гиканьем восторга разнёс в щепки ставший ненавистным «совок» - тот самый совок, который поколение назад грудью защищал от захватчиков, поднимал из руин, развивал и отстраивал.

« Вселенский опыт говорит,
что погибают царства
не от того, что тяжек быт
или страшны мытарства.
А погибают от того
(и тем больней, чем дольше),
что люди царства своего
не уважают больше. »
Булат Окуджава

Сергей Георгиевич в недоумении останавливается перед этим феноменом – «затмением разума». Вроде как он был, разум, а потом взял да и затмился. В своих книжках он приводит многочисленные примеры, как образованные люди, с учёными званиями и степенями, заболевали этой умственной лихорадкой как миленькие. Вернее, точно так, как невежественные болваны. А ведь учёным, принято считать, свойственно рациональное отношение к реальности!

Я тоже часто задумывалась над этим странным явлением. Мне даже, что называется, далеко ходить не надо, чтобы его наблюдать: достаточно припомнить, как я и сама в те времена была в полной мере подвержена этому заболеванию. А была я, как говорится, «бОльшенькой девочкой»: вуз окончила, работала, семья была. У меня был свой уклон: меня не особенно цепляли кровавые преступления режима, Гулаг и всё прочее, но я очень любила капитализм, эффективность, конкурентоспособность, книжку Хайека «Дорога к рабству» (довольно примитивную, как сейчас понимаю) и иностранные инвестиции. Я работала в зарубежной компании и создавала совместные предприятия прямо-таки «своею собственной рукой». И уж точно полагала себя рационально мыслящей личностью.

Мне кажется Сергей Георгиевич ошибается в одной главной вещи: он сильно преувеличивает роль разума, вообще рациональной составляющей психики в оценках, в принятии решений – даже самых важных. Мне даже кажется порой: чем важнее решение, тем меньше рациональная составляющая. Это я постоянно наблюдаю в бизнесе: главнейшие решения принимаются НЕ рационально. Рациональные приёмы, научные даже, применяются для того, чтобы обосновать то, что есть «в душе». Что ж говорить о простом обывателе? Простой, массовый, обыватель, даже если он старательный, хорошо учился и получил звание «доктора философских наук» (звание нелепое по своей сути: философия – это вовсе не наука и никогда ею не была, хотя иногда пыталась под неё мимикрировать) мыслит эмоциями, картинками, образами, мимолётными импульсами, но отнюдь не рациональными построениями. Вернее так: мыслит он по-разному, но к действию его побуждает только вышеперечисленные факторы.

Наши идеологические противники отлично это понимают и в своей пропаганде (и прежде всего в рекламе – главном современном виде пропаганды) адресуются не к разуму, а к эмоциям. Сегодня – даже не к эмоциям, а всё больше к инстинктам, к рефлексам. Если сравнить рекламу 100 или даже 50-летней давности, то ясно видно, что тогда рекламировали нечто полезное, что дают тебе товары: быстрый, тёплый, сладкий, питательный. Классическую книжку Филиппа Котлера «Маркетинг» читаешь сегодня, как ретро: она исходит из старых представлений о человеке, который имеет «нужды», на основании «нужд» он формирует «потребности» и т.д. Когда-то реклама, действительно, апеллировала к рационально формулируемым нуждам и потребностям. Сегодня подавляющее большинство рекламы – имиджевая. Купи – и ты будешь крут, современен, успешен. Ты будешь «правильным» - как пиво, которое тоже «правильное». Это связано с постоянным перепроизводством всего и вся, это нужно глобальному капитализму, чтобы впаривать монбланы ненужной бытовой муры, которая производится каждую минуту. Чтобы люди покупали всё это, надо если не вполне уничтожить, то, по крайней мере, существенно снизить рациональность. Я писала об этом в серии статей, широко разлетевшихся по интернету, «Невежество и мракобесие». Человек разумный всё больше уступает место человеку эмоциональному.

Но неверно думать, что человека эмоционального породил глобальный капитализм. Он скорее разнуздал его. Он сказал обывателю: «Ты мыслишь картинкой, элементарной эмоцией. Молодец! Так и надо!» Кому надо? Капитализму и надо. Если раньше, в индустриальную эпоху, в эпоху Модерна, хотя бы образованные люди стремились хотя бы поверять свои импульсы логическими построениями, то теперь это объявлено никому не нужной нудьгой и мурой. Я часто общаюсь со своими продавцами, людьми с высшим образованием, бывшими учителями, инженерами, экономистами, читаю им лекции, провожу занятия на профессиональные темы. Я часто замечаю: они не хотят никакой аргументации, они её отталкивают. Даже иногда говорят мне: «Вы скажите, как надо, а мы запишем. Мы Вам верим». Рациональная аргументация, с точки зрения современного человека, только усложняет и утяжеляет выступление. Гораздо лучше бодрые, эмоциональные слоганы – то, что Руссо называл «эмоциональными выкриками» и приписывал первобытным дикарям.


Человек, обработанный таким манером, на ура воспримет (и воспринял!) любую муру, лишь бы она была живенькая, эмоциональненькая, щедро наперченная. Людям ЭТО надо. Вспомните, как страстно любили советские обыватели муру про инопланетян, пришельцев, как перепечатывали на папиросной бумаге гороскопы. Никто из начальников нашего Агитпропа не обратили на это внимание. А надо бы. Принято считать, что советская школа давала прекрасное образование, С.Кара-Мурза называет его образованием «университетского типа»; на смену его пришло фрагментарное образование Постмодерна. Так-то оно так, но на переперченную эмоциональную муру повелись ведь выпускники именно советской школы. Значит, природа обывателя везде одинакова. Её можно подавлять, культивируя рациональное сознание, а можно, наоборот, поощрять, разнуздывая эмоционально-инстинктивную составляющую психики. На эмоциональных выкриках про «Так жить нельзя!», «Нигде нет такого уродства, как в совке» - развалили советскую жизнь.

По моему убеждению, никакого «затмения разума» не было: просто разум очень мало влияет на практику жизни. Даже у докторов философских наук.

Ещё на какой крючок зацепили «совков» - это природная доброта и душевная чувствительность русских людей. И их малая привязанность к личной материальной корысти. Именно поэтому они отлично велись на разговоры о пресловутой «слезинке ребёнка». Сказали, что совок – злой, жестокий - и они готовы уже его развалить. О личной выгоде или о риске потерять хотя бы то, что имеют, они и не думали.

Русский человек бескорыстен. Он не способен (в массовом порядке) зубами и когтями драться за свой материальный интерес, как это делают передовые народы, которым мы неуспешно пытаемся подражать. Именно поэтому у нас плохо удаётся капитализм и никак не может сформироваться настоящий буржуазный класс. Мы очень мало буржуазный народ, мы постоянно обращены к высшему и горнему и не способны сосредоточиться на своих – назовём их своекорыстными – интересах. Именно так объясняется то дивное явление, перед которым С.Г. Кара-Мурза тоже останавливается в изумлении. Творческая и научная интеллигенция, кормившаяся от щедрот советского государства, все эти обитатели НИИ и т.п. – все они ПРОТИВ СВОЕГО МАТЕРИАЛЬНОГО ИНТЕРЕСА требовали развала «совка». Они не понимали, что буржуазный хозяин не будет их содержать и они станут нищими? Ну, знаете, если этого они не понимали, то они вообще ничего не были способны понимать. Мне всё-таки кажется, что понимали, но для них важнее была некая ПРАВДА, которую им внушили. Сегодня в точно таком (и даже худшем) положении пребывают наши украинские братья.

Ещё русскому человеку свойственно некое чёрно-белое мышление. Н.Бердяев называл его тотатлитарностью сознания; к тоталитаризму это не имеет ни малейшего отношения. Русский человек стремится к идеалу, а что-то среднее, относительное, просто приемлемое – это ему не интересно. Постепенное улучшение, череда мелких усовершенствований – это не по нему. Ему либо всё – либо ничего. Плохо воспринимается мысль о том, что всё хорошее имеет коррелят в виде чего-то плохого, и наоборот. Советская жизнь разочаровала – значит надо её объявить плохой и спихнуть. Вспомните, как в конце 80-х капитализм рисовался просто Раем, дивным градом на холме, цитаделью добра и правды. А что в любой системе есть сильные и слабые стороны, что каждую надо усовершенствовать и приноравливать к конкретным условиям – всё это русскому человеку скучно. В этом – «в голубиной чистоте души» (выражение Гончарова об Обломове), соединённой с несклонностью к занятиям собственными практическим делами – и состоит наша фирменная обломовщина. Она тоже сыграла свою роль в развале нашей жизни.

Засим с Новым годом! Желаю всем крепости духа и ясности мысли.
рысь

ЧТО БЫЛО Б, ПОБЕДИ ГКЧП…

Сегодня день Путча. 19 августа 1991 года было объявлено о том, что Горбачёв болен, а власть переходит в руки ГКЧП. Год назад я написала два поста: в первом с большими подробностями описала, как запомнила, те события. А во втором – мои размышления.


http://domestic-lynx.livejournal.com/103462.html

http://domestic-lynx.livejournal.com/103925.html

А сегодня задумалась: а вот если бы ГКЧП победил – что бы случилось? Как бы сложилась жизнь? Широко бытует выражение «История не имеет сослагательного наклонения». Изречение распространённое, но совершенно неверное. Очень даже имеет! Из любой точки во времени, как и в пространстве, ведёт бесчисленное множество дорог, и ведут они совсем в разные места, не имеющие ничего общего меж собой. Подумайте, что бы произошло с вами, если бы вы поступили не в то учебное заведение, в которое поступили, а в совсем другое. Могло так быть? Да элементарно! Вполне возможно, вы оказались бы в другом городе или даже в другой стране, женились на другой девушке, и всё в вашей маленькой жизни было бы другим. Так что сослагательное наклонение имеется, ещё и какое. Точно так же и в жизни большой страны. Бывают более и менее вероятные направления развития событий? И этого нет. Часто реализуются самые невероятные. Ещё полгода назад никто не предполагал украинских событий. Ни сном-ни духом. А они – вот вам, пожалуйста. Какой-то мрачный сюрреализм.

Поэтому когда говорят: «Этого не могло быть ни при каких обстоятельствах», - я не придаю этом особого значения. ВСЁ могло произойти, в том числе и то, что «не могло произойти ни при каких обстоятельствах».

Так вот что могло бы произойти, победи ГКЧП?
Сегодня о путчистах стало принято говорить с симпатией: они хотели спасти СССР. Сегодня прочитала такую мысль: сегодняшние события на Украине – дальний отзвук тех событий. Сумей путчисты защитить СССР – не было бы и гражданской войны на Украине. Да много чего бы не было – по всему миру. Действительно, если бы среди них нашёлся смелый и энергичный человек, наверное, они сумели бы, арестовав Ельцина и изолировав Горбачёва, сохранить управляемость страной.

В сущности, это было не слишком сложно: все управленческие структуры (партийная и хозяйственная вертикаль власти) были в наличии, они существовали. Распадаться начали они уже после августовской революции. Хозяйственная разруха уже началась, но не зашла слишком далеко. Уже был раскручен маховик инфляции (скажем более корректно: обесценения денег). Раскручен он был тем, что дозволена была обналичка безналичных денег. В СССР было два контура денежного обращения – наличный для бытовых надобностей и безналичный – для инвестиций, для расчётов предприятий между собой. Безналичные деньги нельзя было перевести в наличные и пустить на потребление. И вот оказалось – можно. Денег стало вдруг очень много, началось их резкое обесценение. Как презирали тогда рубли! И деревянные они, и никому не нужные, приличные люди – это те, кто имел доллары. В этот же период (до путча) была пробита брешь в монополии внешней торговли. Люди кинулись скупать по внутренним ценам всё, что можно продать (сырьё, например), продавать за границей по более высоким ценам, а на вырученное – покупать компьютеры. И продавать в России. Прибыльность этого бизнеса была - сотни процентов. К чему я об этом вспоминаю? Да просто к тому, что советская экономика была уже сильно расшатана. Но поправить тогда было ещё можно. Полный демонтаж начался уже после.

Но что могли сделать путчисты? Ну хорошо, сохранили бы они Советский Союз – я вполне допускаю, что найдись среди них энергичный человек, им бы это удалось. А дальше?

Вот тут большой вопрос. Эти люди звали в прошлое. Они верно увидели, что страна движется – не будем говорить: к пропасти, но скажем: в неверном направлении. И они увидели спасение в том, чтобы перестать двигаться куда бы то ни было и, по возможности, откатиться назад. В прошлое. А чтобы люди тебя поддержали, звать их надо непременно в будущее. Только вперёд. Почему? Ну, наверное, потому, что будущее обладает для людей большим очарованием. Недаром мы любим детей, молодёжь: за ними будущее. Потом будущего никто никогда не видел, и про него можно рассказывать самые прекрасные фантазии. Был такой Эрик Хоффер, написавший известное эссе «Истинноверующий» - о психологии массовых движений. Там он утверждает верную вещь: люди скорее умрут за города, которые ещё не построены, и сады, которые ещё не посажены, чем за что-то имеющееся и известное. Поднять массы на борьбу за что-то светлое и прекрасно-неопределённое, отнесённое в будущее, - значительно легче, чем призвать их защищать имеющееся. Почему? Вероятно потому, что имеющееся люди хорошо знают, и у каждого к нему есть какие-то претензии. И вообще – это скучно и тривиально. Мне думается, во время Гражданской войны в России красные победили белых, потому что красные звали к новому, а белые воевали за сохранение старого.

В те времена в роли красных были либералы (тогда они назывались демократами): они звали в будущее. Будущее было сияющим: капитализм, с которым связывались все блага. Там можно будет «работать на себя» (это был тогда страшно популярный оборот мысли), можно будет зарабатывать сколько сможешь, а не в пределах фонда заработной платы, можно будет … да всё можно: ездить по свету, делать, что хочешь, и, главное, обогащаться. Все эти дивные блага люди видели в будущем, а будущее – это был капитализм. Даже не то, что прямо-таки брутально – капитализм, а «как во всех цивилизованных странах». Подразумевалось, что и заживём мы по стандарту просвещённых обывателей этих цивилизованных стран. Это было будущее. Оно было цветным и сияющим. К нему мы шли из серого, замшелого, корявого, всем наскучившего совка. Я хорошо помню это ощущение – желание оттолкнуться и воспарить в новую жизнь. Скорей бы уж!

А путчисты – звали прошлое. В это самое – серое и заскорузлое. Это потом, когда мы прочно лишились скромных совковых благ, - вот тогда мы их и оценили. А тогда… тогда все были устремлены в будущее. И поэтому у путчистов не было шансов на поддержку.

У путчистов не было никакого образа будущего. Они никуда не могли позвать: только призвать сохранить прошлое. Которое всем надоело. Они сами были людьми из прошлого. У них не было никаких идей, кроме возвращения к СССР. Никакой привлекательной картинки. Собственно, и у демократов-либералов идей не богато, но это по тем временам было что-то новое. А у путчистов – старое, жёваное.

Примерно по тем же причинам Зюганов и его соратники имеют очень небольшой успех, не привлекательны: они зовут в прошлое, они люди прошлого.

Среди них не было никого, кто бы имел хоть проблеск какой-то идеи относительно переустройства страны. Они – плоть от плоти советской номенклатуры. Эта номенклатура могла так-сяк поддерживать существование страны, но для больших преобразований у них не было ни фантазии, ни энергии, ни широты взгляда. Вполне допускаю, что они были субъективно честные люди, в том смысле, что ничего не украли. Феерическое воровство началось уже позже – после победы демократии.

Что бы они сделали, если б победили? Им удалось бы продлить гниение ещё на несколько лет. Вполне вероятно, что за это время возник бы сильный лидер, имеющий сильную программу реформ, способный объединить народ вокруг этой программы и повести по пути конструктивных реформ. Тогда СССР вполне мог бы и не развалиться. Но ЭТИ люди ничего конструктивного, творческого предложить не могли.

Задача была – достойная титана. Нужно было выйти из мобилизационного этапа социализма, не разрушая страну. Уже в брежневские времена было понятно, что та модель экономики, которая сложилась в эпоху жестокого форсажа, устарела. А какая нужна? Об этом даже не дерзали помыслить. А надо было бы… Безмыслие, жизнь по инерции – наказуемы. Историей наказуемы.

Именно поэтому случилось то, что случилось. Нашему народу пришлось пережить двадцатилетие национального унижения, разрушения, отката на позицию не то что второстепенной – просто колониальной страны. Да, дорого нам далось возвращение в лоно цивилизации… Не в парадную залу капитализма мы вошли, а на его убогие задворки. Мне кажется, этот опыт, в конечном итоге, благотворен. Он – трудный, но поучительный опыт. Мы хлебнули капитализма, испытали крепкие объятия Запада, которого боготворили и считали другом…

Сейчас идут какие-то подспудные процессы, какой-то поиск пути. В истории много загадочного, провиденциального, от Судьбы. Хочется верить, что ВЫсшие Силы на с не оставят на этом пути.
рысь

С НОВЫМ ГОДОМ, ДОРОГИЕ ФРЕНДЫ!

Дорогие френды, анти-френды и просто читатели!
Поздравляю вас с наступающим новым годом. Желаю всем… ну, скажем так: чего кому не хватает. Помните: «Господи, дай же ты каждому, чего у него нет». И, конечно же, плюс к этому - традиционного здоровья, бодрости, крепости духа.

Я вас всех очень люблю, включая моих записных критиков. Их даже и больше люблю, пожалуй. Потому что это самые внимательные и пристрастные читатели. Иногда даже поражаюсь: вот только выложила что-нибудь – тут же пошла реакция. Словно люди сидят где-то за углом и подстерегают. Или из-за компьютера не выходят. Ну ладно, не выходят, многие там сидят, но ведь эти-то сидят и меня читают – вот что радует. А могли бы в игру какую резаться или проходить тест «Есть ли у тебя шанс похудеть к празднику?».

Есть среди моих читателей такие, которые читают мой журнал все четыре года, что он существует. Огромное спасибо за верность! Есть такие, кто время от времени возвращается, делает залповый выброс критики и опять ныряет в глубины виртуального океана. В общем, люди разные, и всем спасибо!

Нередко читатели советуют мне какую-нибудь книгу, фильм, статью. Часто по такой наводке я находила что-то действительно ценное и интересное. Спасибо вам!

А иногда просто пишут: «Спасибо за хороший текст» или даже «полезный». И вам спасибо – за добрые слова.

Вас, дорогие френды, весьма немало – на данный момент 2254. Однажды я зашла посмотреть, сколько у меня друзей, - и увидела прекрасную цифру 2222. Прямо лебединое озеро. Но потом цифра быстро утратила свою красоту. Надо сказать, «текучесть кадров» – высокая: кто-то приписывается, а кто-то с возмущением отписывается. И это здорово: интересная движуха. Просто так «взаимообразно» никто ко мне не записывается: я ведь никого не френджу. Не из какого-то принципа, а просто потому, что некогда много читать. А зафрендить и не читать – как-то несправедливо.

2013 год был трудный какой-то: 13-й – он и есть 13-й. В моём окружении несколько человек умерло, двое наших сотрудников тяжело заболели, правда, сейчас оба на ногах, работают даже. Медицина, как я поняла на их примерах, не умеет лечить причину болезни, но наловчилась воздействовать на симптомы. Ну а поскольку жизнь человека вообще конечна – и такое лечение полезно. Но доступ к хорошему лечению – очень дорог. Оно у нас есть, но, повторюсь, это, как добродетельные женщины из анекдота, стОит очень дорого. На примере этих больных я поняла, как правы мои продавщицы, на все лады повторяющие: дороже здоровья только лечение.

В этом году я, как обычно, много суетилась, путешествовала, о чём писала в ЖЖ. На работе было более-менее стабильно, хотя общемировой кризис – чувствуется. Не вернулось то исступление консумизма, который был до кризиса. Люди стали оглядчивее в покупках. Но снижения у нас тоже нет, даже небольшой рост. Под занавес года мы объединили две наши компании, суета была большая, но, надеюсь, и рост будет.

В большой жизни ничего особо хорошего, равно как и плохого, - нет. Есть попытки, может быть, даже и неосознанные, возвращения к традиционной роли России. Когда-то Черномырдин изронил: «Как партию ни назови – всё КПСС получается». Из России понемножку, с оглядкой, с попятным движением – вылепляется нео-Советский Союз. На новом витке истории, на новом экономическом базисе, но – вылепляется. Так мне видится, во всяком случае. Хорошо это или плохо – обсуждать бесполезно: у каждого человека и у каждого народа есть, наверное, какая-то спущенная сверху роль – вот её и надо играть наилучшим образом. А чужие роли – к успеху не ведут.

Вылепление-вылупление нео-Советского Союза видится мне не во внешнеполитических успехах, о чём все говорят, а в том, о чём, напротив, почти не говорят. Вчера в программе «Постскриптум» мэр Собянин сказал, что есть намерение со стороны властей Москвы взять снова в руки управление ЖКХ. То есть, если попросту, собрались возродить ЖЭКи, пока всё не развалилось «к свинЯм», как выражается мой муж. Делать это, конечно, будут на добровольной, альтернативной и всякой прочей прогрессивной основе – но действовать власти собираются в первом лице. И не потому что большевики, а потому что и иначе – не фурыкает. В этом они убедились. Частник хорош в лавочках, парикмахерских и общепите: тут на него никто вменяемый и не покушается. А в ЖКХ – не получается. Не всегда и не везде, но по большей части.

Вот этот небольшой вроде бы эпизод и кажется мне важным симптомом возврата к нео-Советсткому Союзу. Разумеется, в деталях и подробностях история не повторяется никогда, но … у народов, как и у людей, есть судьба, которую по произволу – не изменишь.

Экономика продолжает себе деградировать. Разговоры о росте ВВП на 1 или 1.5%, или ещё на какую-нибудь величину – всё это статистическая суета. Во-первых, это невозможно подсчитать, т.к. все цифры искажены: какая подаётся в госорганы отчётность – мне ли не знать. Но будь она и самая правдивая – всё равно ВВП – это очень мало информативный показатель. Это сколь я понимаю сумма всех продаж (товаров и услуг)в государстве. При этом говорится, что в современной экономике главная отрасль – это услуги. В США, недавно читала, 80% занятых работают в сфере услуг. А у нас услуги редко попадают в статистику. Есть, например, целый громадный рынок репетиторства. И где он засвечивается в статистике? А ремонты? А строительство дач и т.п.? Включи это в ВВП – да мы такими богачами окажемся! На мой взгляд, всё это очень мало характеризует существо дела. Плохо то, что мы в России очень мало производим. Товары в большинстве – импортные. Промышленной политики как не было – так и нет. Ощущение такое, что что-то мешает сбросить с себя морок неолиберализма и вашингтонского консенсуса.

Вообще, год прошёл быстро и сумбурно. Это означает, что ничего по-настоящему значительного мне сделать не удалось. Так – отмахивалась от «вызовов» жизни. А надо бы жизнь формировать. Хотя бы свою, маленькую.

Чего от всей души позвольте пожелать вам, дорогие френды: формировать свою жизнь, вести её, а не просто оперативно реагировать, когда, как говорил Илья Ильич Обломов, «достаёт жизнь». И, конечно, весело встретить новый год. С новым годом!
рысь

ЭКСПО-2010: СТАРУШЕЧИЙ МАРАЗМ СОВРЕМЕННОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Не знаю уж что было на всемирных промышленных выставках 100 или чуть меньше лет назад (например, когда возили в Париж «Рабочего и колхозницу»), но то, что происходит сегодня, вызывает мысли о скором Апокалипсисе. И не надо его бояться. Если в 21-м веке так называемому цивилизованному человечеству нечего показать и рассказать о себе кроме ЭТОГО, длить его, человечества, существование смысла не имеет. Это – маразм, в самом прямом медицинском смысле. Притом маразм не стариковский, а старушечий. Наверное, это политкорректно, чтобы никакого, храни, господи, сексизма.

Идей никаких. Вообще. Впечатление такое, что орудует сплочённый Интернационал Распильщиков Бюджетов. Никто (по крайней мере, из белых народов) не надеется что-то сделать, чего-то достичь – только просто попилить, и на том спасибо. Вообще, великий «попил» – это результат тотального отсутствия цели. Наша страна – это родина мирового гротеска, поэтому у нас и «попил» такой бескрайний и открытый, как бесконечная русская равнина. Но и в других местах он тоже, надо понимать, не отсутствует. Потому что, повторюсь, ни с какой иной целью сляпать и выставить на общее обозрение это уродство – невозможно.

В российский павильон – длинная очередюга. Нас – вообразите! – китайцы до сих пор зовут «старшим братом». Это нам сказал пекинский гид; может, впрочем, хотел подслужиться. Как знать… Что же сподобился поведать старший брат младшему, отстоявшему на жаре немалую очередь?
А вот что.

Павильон у нас оформлен под Цветочный город – это из «Незнайки и его друзей», ежели кто запамятовал. И Незнайка тут как тут – продаётся мягкая кукла в голубой шляпе. Вокруг сплошные пластмассовые цветочки-лепесточки всех расцветок и размеров. Кое-где прилажены экранчики, на которых мелькают слайды, изображающие российские виды, играющих деток и прочий местный колорит. А так всё ромашки-колокольчики, выполненные в эстетике детсадовского утренника.
Причём тут Цветочный город? А вот причём. Слоган мероприятия Better city for better life – отсюда и город, придуманный писателем Носовым лет семьдесят назад для детей дошкольного и младшего школьного возраста.
Вообще-то, замечательный писатель Носов придумал кое-что и получше. Как аллегория современной российской, да и всеобщей жизни, гораздо лучше бы подошёл Остров Дураков из «Незнайки на Луне»: было такое дивное место, где народ развлекали мультиками и аттракционами, и постепенно превращали в баранчиков, с которых состригали шёрстку на продажу. Интересно, понимал ли сам Носов, что создал глобальную аллегорию современной постиндустриальной цивилизации?
Но Остров Дураков - это следующий шаг. Пока же мы в Цветочном городе. Во всём прослеживается лозунг дня: никого ничем не затруднить и не дай Бог не «загрузить». Главное – транслировать «позитифф» - как и полагается в хосписе.
Из достижений российской науки и техники представлена фотка ледокола «50 лет Победы» и модель будущей плавучей атомной станции. То есть достижения советского прошлого и туманного будущего. Из настоящего – ничего. А что вы предлагаете? Ну? Придумайте хоть какое-нибудь достижение! Ну хоть фиговенькое какое… Нет его.
Про «50 лет Победы» - всё ясно. 50 лет справляли в 1995 году, значит, проектировали и строили ледокол ещё в заскорузлом совке, когда экономика по-деревенски называлась «народным хозяйством», а его успехи мерялись тоннами чугуна и пудами пшеницы, а вовсе не индексами доу-джонса и насдака, а про разруливание финансовых потоков никто и слыхом не слыхал. Тогда «атомщик» звучало гордо, а в финансовый вуз шли троечники, там и учили четыре года, а не пять, потому что чего там надо для заведующей сберкассой (персонал-то там был и вовсе без «верхнего»).
Так что ледокол – привет из прошлого.
Что же касается плавучей АЭС, то тут впору вспомнить словцо Горького про то, что у нас любят «рассуждать о бархатных костюмах в будущем, не имея в настоящем даже пары крепких штанов». Штанов в самом деле нет, задница голая, а плавучая АЭС – чистая утка. Она, собственно, и прозвана «хромой уткой атомного ведомства»: колупаются над нею много лет и вряд ли достроят, т.к. питерский завод, куда её якобы должны отбуксировать на достройку, вот-вот закроется. Вестимо, для модернизации: переоборудования под элитное жильё и офисы. Модернизация, весьма вероятно, состоится: ведь там на первых ролях сын губернатора Матвиенко.
Ещё говорят, что «утку» для транспортировки на достройку придётся распилить на части. И зачем нам такие хлопоты, скажите на милость? Избави, боже. Зачем пилить какую-то дурацкую посудину, когда пилить бюджеты гораздо сподручнее? Что и делают с большим успехом.
Милая девушка-стендистка из Хабаровска прошелестела соотечественникам что-то про ледокол. Мы в ответ расспросили про Хабаровск. Говорит, китайцы уже пришли. И твёрдо обосновались. Много их, очень много. Даже государственные должности занимают. И то сказать: если нам ничего не нужно, то приходят те, кому нужно. Вот такие ромашки-лютики.
А ведь вообще-то тема «город будущего» - полезная тема. Очень полезно на очередном витке истории задуматься над тем, как и где жить современному человечеству. Россиянам, в частности. Ведь живут люди нездоровой, неудобной жизнью, в эстетически уродливой среде. Такая жизнь совершенно не соответствует техническим возможностям человечества. Уже сто и даже больше лет назад разросшиеся к тому времени огромные города ощущались уродливым недоразумением. Именно тогда родилась идея города-сада.
После нашей революции 17-го года, в самый разгар разрухи, развернулась дискуссия о «новом быте» - так это тогда называлось. Как обустроить жизнь, достойную «победившего пролетариата»? Где должны жить люди? Разрабатывались концепции «соцгородков», обсуждались проекты домов и главным образом целостных поселений. Многие новаторские идеи в урбанистике принадлежали советским архитекторам-конструктивистам. Почему бы не рассказать об этом хотя бы и на выставке? Наверное, чтобы никого не «грузить», чтоб было как-то попроще и попозитивнее. Понятнее опять же: «сама садик я садила, сама буду поливать». Старушачий такой идеал: геранька на окошке, и чтоб не слышать ничего затруднительного и тем паче огорчительного.

В павильоне США – тоже цветочки пластмассовые. Но не в натуре, а в кино. Там вообще всё просто: экспонатов нет вообще. Сначала народ запускают в большой ангар и долго на все лады говорят с экрана по-китайски «здравствуйте». Это слушают стоя. Потом народ перетекает в другой ангар с длинными лавками, где показывают видовое кино про счастливую жизнь в Америке: красивые пейзажи, экологические ветряки, много разноцветных деток, рисующих умилительные каракульки, чёрненькая девчушка, желающая стать доктором и помогать людям… В начале кино – Хилари Клинтон с голубым бантиком, а под конец – Барак Обама как воплощение глобального позитива.
Но это не всё. Дальше давали нечто «художественное». На вид – чистая самодеятельность, но, видимо, это тоже какой-то неведомый мне тренд и бренд. Похоже на глубоко довоенный фильм – с картонными декорациями. Изображают декорации замусоренный двор-колодец. Девочка решает озеленить двор и сажает пластмассовый цветочек. Не сразу, но со временем к ней присоединяется весь дом. Побеждает дружба, позитив и экология.
Это сюжет проходной советской пионерской повести 40-60-х годов: «В Орле, в Ленинграде, в Рязани, в Клину пусть каждый посадит сирень или сосну. Пусть лучше и краше, сама как весна, становится наша родная страна. Ты выбежишь с книжкой читать в холодке, твой младший братишка с игрушкой в руке…» и т.д. Мысль старинная и правильная. Но до чего же убого исполнили её американцы! При этом в детсадовской эстетике.
Детсадовская эстетика – это впадение в детство, последняя стадия маразма. Впадение в детство по старушачьему типу – цветочки. По стариковскому – были бы коняшки и игрушечные сабельки.

И это всё, что великая нация имеет сообщить «городу и миру».

Мы странно породнились с американцами на почве пластмассовых цветочков. В этих цветочках просвечивает нечто кладбищенское, не находите? Продают такие у нас возле кладбищ…

К счастью, следующее помещение в американском павильоне, напротив, внушает оптимизм и веру в будущее. Там продаются сувениры: ну там кепки, майки, ковбойские шляпы почему-то романтического розового цвета. И всё строго «made in China». Не перевелись ещё работники в мире. Когда развитые и просвещённые народы дружно отправятся в свой политкорректный хоспис, из которого путь один – на кладбище с пластмассовыми цветочками, - они, рабочие и крестьяне, по праву займут место маразмирующих тунеядцев. «Лишь мы, работники всемирной великой армии труда владеть землёй имеем право, а паразиты никогда» - звучит изумительно свежо. Такая вот неожиданно оптимистическая мысль приходит при посещении Экспо-2010 в городе небоскрёбов и трущоб Шанхае.

Да, вот ещё забыла. Украинский павильон. Поскольку это моя, можно сказать, историческая родина (бабка из Волынской губернии) – решила зайти, благо очереди там не было практически никакой; вероятно, средний китаец не знает, «что это за географические новости» - Украина. Впрочем, и моя бабка тоже говорила, что украинскую нацию «большевики придумали», а на самом деле мы все – русские, только некоторые великорусы, а есть ещё белорусы и малороссы, но все мы – русские. Такая у меня была тёмная бабка, неподкованная по национальному вопросу. Вот и гимназию кончила, и на высших женских курсах в Питере поучилась, а – так тёмной и померла. Очень жаль, что не может она увидеть павильон ридной Украины.
Самое интересное в нём – фасад. На фасаде – схематическая карта, относящаяся к шести тыщам лет до Рождества Христова. И показано там, как расселялись с территории современной Украины древние укры по всему земному лику. Дошли эти героические укры и до Персии, и бог весть докуда, в одно только место сроду не совались – на северо-восток от своего благословенного эпицентра. Ну вот – ни ногой. За все шесть тыщ лет! И то сказать, чего туда соваться – в леса и болота, к злым москалям в пасть. На это разве что современные гастарбайтеры решаются. Смелые люди, сразу видно: наследники героических укров. И трудолюбивые, почти как китайцы: у нас полпосёлка ими построено.
В самом павильоне – тоже пластмассовые цветочки, подсолнухи. Предлагается борщ по цене, за которую мы в городе обедаем вчетвером в китайском ресторане. Кстати, такая же история и в российском павильоне: цены ломовые, кваса нет (говорят, трудно довезти), зато есть кока-кола и пирожки вроде ровно те, которые в Москве продаются в метро и подземных переходах.
Город будущего в украинском павильоне как-то спущен на тормозах. В качестве отписки стоит какой-то макет в том стиле, в каком в 60-е годы изображали будущие поселения на Луне.
Ну и ещё строят недоделанные глиняные кринки. Написано, что время от времени проводят мастер-класс по их изготовлению. Такой вот креатифф создали украинские товарищи.
Ну что тут скажешь? Современное человечество скучно самому себе. Это даже не заслуживает высокого имени декаданса – это старческий маразм. С кладбищенскими пластмассовыми цветочками.