Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

рысь

ЭКОНОМИКА (У)СЛУГ

Раньше, говорят, была экономика производства, а потом стала экономика услуг. История давняя: ещё, помнится, когда в институте училась, нам говорили, что в передовых странах услуги занимают всё большее место в ВВП. И это вроде как прогрессивно, именно туда и направлен вектор развития. Услуги, конечно, разные бывают: транспортные, например, без которых нефигурально ни тпру-ни ну. А бывают, как бы это помягче сказать, странноватые какие-то, прямо-таки высосанные из пальца. У нашего знакомого жена – консультант по расстановке мебели в офисе (дело происходит в США). И что-то зарабатывает своими консультациями. 

Мы тоже не отстаём, тянемся за лидером. Вспомните, чем занимались ваши родители и чем занимаемся мы. Родители работали на заводах, трудились в НИИ, а мы нынешние – оказываем услуги. Кто какие может. Причём услуги эти всё больше упрощаются и примитивизируются. Сейчас куда ни глянь – везде ребята с коробами за спиной: все разносят еду из ресторанов и кафе. Или бомбят на Яндекс-такси. Если ты тётенька – швабра тебе в руки, и пошла убирать квартиры. Но этим делом больше занимаются приезжие. А ещё уход за стариками: продолжительность жизни растёт, а с ней и спрос на такие услуги. Говорят, что в передовых странах прирост рабочих мест наблюдается именно в сфере таких вот личных услуг, которые не заменишь роботами. 

Collapse )
рысь

ОБЛОМОВСКАЯ ТРОИЦА

ВЕРА И ФАКТЫ: КТО КОГО? 


Побывала на очередном «Федеральном сельсовете» - так называется «Общественное Движение Народов Российской Земли» (самоназвание). «Народы Российской земли», собравшись в Колонном зале, говорили на этот раз о развитии сельских территорий. Мне эта тема близка: мы принимаем посильное участие в благоустройстве станицы, близ которой расположено наше хозяйство и где живут наши трудящиеся.

Сегодня, как и в советскую эпоху, районная администрация опирается в своей работе на руководителей хозяйств: починить дорогу, помочь школе, даже поддержать спортивную команду – всё это лежит на хозяйствах. А как иначе? Так было всегда. Если жизнь как-то теплится, то только благодаря такой неформальной помощи. В СССР жизнь развивалась вокруг заводов и колхозов-совхозов: тепло от заводской котельной, детсад – от совхоза, заводская медсанчасть, путёвка в лагерь для ребёнка – от завода. Очевидно: чем крупнее и богаче хозяйство – тем с большей вероятностью от него можно получить такую помощь. 

И что же я слышу на «Сельсовете»? Главным человеком на селе является фермер. Его надо поддерживать, помогать ему, и вот тогда … тогда  от него может проистечь какая-то поддержка сельских территорий.  Это особенно изумительно именно при обсуждении развития территорий: участникам дискуссии, как никому другому, известно: фермеры в этой работе не участвуют и не могут участвовать. Просто какое-то раздвоение сознания! 

ВЕРУЮ, ИБО АБСУРДНО

Collapse )
рысь

СТАРАЯ ЗНАКОМАЯ - ФИНАНАСОВАЯ ПИРАМИДА

НЕДАВНО ОНА ПОЯВЛИАСЬ СНОВА: на этот раз под именем КЭШБЕРИ. Пирамиды  всегда оживляются в моменты   обеднения и   растерянности маленького человека. Вроде насекомых-паразитов – вшей, например. В благополучные времена где-то они живут, но никак себя не проявляют. А случись какое бедствие, падает иммунитет людских масс – и они тут как тут, невесть откуда наползают; и это вовсе не связано с отсутствием мыла и горячей воды. Видимо, чувствуют  кровососы какие-то бедственные эманации, исходящие от людей.  Так было в начале 90-х –  и с вшами, и с пирамидами. 

Collapse )
рысь

ЧТО Я ПОМНЮ О ДЕФОЛТЕ

О дефолте я узнала поздно: была в отпуске, в Турции, а там не было русского телевизора, интернета тогда тоже почти что не было. Иностранные каналы что-то говорят, Ельцина показывают, а что именно произошло – непонятно. Вроде рухнул рубль. Приезжие из России рассказывают: люди стоят сутками, чтобы забрать свои деньги из банков, а их не дают, организации закрываются, платежи будут только в долларах.

Странное дело, мы не испугались. Оглядываясь назад, вспоминаю, что мы с мужем вообще почему-то очень мало боялись: всегда казалось, что обойдётся, не так – так эдак, словом, как-то вывернемся. Откуда такое ощущение – не знаю. Но ведь и в самом деле – выворачивались. Думаю, причина в том, что брались за всё: переводить – так переводить, преподавать – так преподавать, программировать (это муж) – так программировать, торговать – так торговать. Что-то из этого выстреливало. Наверное, это была оптимальная стратегия в эпоху перемен, но тогда я, конечно, ничего такого не думала, просто пыталась сделать что-то интересное, использовать новые возможности. В 90-е годы была захватывающая атмосфера новизны: всё перевернулось и Бог весть как уляжется.

В то время только возник мой торговый бизнес. За полгода до того меня выперли из итальянской компании, где я верой и правдой служила её представителем в Москве: видимо, я начала претендовать на слишком большую роль, а местному персоналу это не полагается. Сначала было обидно, а потом поняла: это знак судьбы – надо делать свой бизнес. Успех ведь часто начинается с провала и обвала.

Помню дату регистрации компании – 28 апреля. Аккурат первого мая мы с моей тогдашней компаньонкой пересчитываем первый ящик полученного товара, в который вложили свои невеликие сбережения. Старались мы как могли, и дело понемногу пошло, несмотря на лето – дохлый сезон в торговле. Товар был новый, прежде не известный, очень полезный для хозяйки, хоть и дороговатый; он как-то сразу полюбился, о нём пошла молва. Всё шло прилично, и августе я с семьёй поехала на две недели в Турцию – и на тебе!

Возвращаюсь – все в ужасе. В магазине, у которого мы снимали небольшое помещение, атмосфера похоронная. Оказывается, у них импортные товары были получены в кредит, и теперь им нужно возвращать в два раза больше денег, чем они выручили за продажу. Надо сказать, они так и не поднялись, хотя агонизировали долго. Нам же сказочно повезло. Поскольку мы были никому не известны, нам товар поставляли только по 100%-ной предоплате. Поэтому мы просто повысили цену – и дело с концом. Я мысленно поблагодарила наших поставщиков за оказанное недоверие: дай они нам отсрочку платежа – невесть что бы случилось. Первое поучение дефолта: плохое может обернуться хорошим.

Наши друзья и наставники – опытные торговцы, владельцы того магазина – советовали: продавать какие-нибудь рядовые и более дешёвые товары, продавать что угодно, лишь бы покупали и процесс шёл, а наш инновационный товар, - говорили они, - обедневшему населению не по средствам.

Вроде логично. Но что-то мне подсказало: не надо! Если нам суждено выжить, то только как специализированная компания, продающая высококачественные товары. Не надо превращаться в очередную мелочную лавку, продающую «Всё для вас», как писали кооператоры на своих киосках. Потребитель сегодня хочет чего-то нового, интересного, яркого, увлекающего. За это он готов платить. А высокая цена? Он больше уважает себя, когда платит высокую цену.

Второе поучение дефолта: надо верить себе и не особо слушать советов. А ещё: хороший и дорогой товар находит своего покупателя.

Разумеется, найти людей, готовых раскошелиться, стало гораздо труднее. Но дефолт помог. К нам стали приходить много женщин, готовых продавать наши товары по системе прямых продаж «из рук в руки». Это были те, кого уволили из закрывшихся организаций, или не платили зарплаты, или эти зарплаты оказались такими, что больше подмёток истопчешь, чем заработаешь в этой конторе. Словом, покупать стали хуже, зато продавать – лучше. Настойчивее. Второе поучение дефолта: когда товары хуже покупаются, их надо лучше продавать.

Не зря американцы, лучшие торговцы в мире, говорят: товары продаются так, как их продают: хорошо продают – они хорошо продаются, плохо продают – плохо продаются. Впрочем, есть такие люди – экономисты, которые говорят, что есть какой-то уровень спроса, есть периоды бума и периоды рецессии, но где вы видели богатых экономистов?

Дело шло. Каждый день выручку относили в обменник, что помещался в соседней подворотне, и меняли на доллары: в рубли никто не верил. Даже Лужков специально разрешил обозначать цены в магазинах в у.е. Наш бизнес рос. Двинулась в рост и промышленность: низкий рубль расчистил дорогу своему производству. К сожалению, этот процесс не получил развития.

Таким мне запомнился дефолт. Убеждена: кризис – лучшее время для начала большого дела. Большое восхождение часто начинается в большого провала. Хочется верить, что это относится не только к отдельным людям и маленьким компаниям, но и к большой стране России.
рысь

ВЕСТИ С ПОЛЕЙ

В нашем хозяйстве в Сальской степи заканчивается уборка зерновых. Урожай приличный, но не выдающийся: весна и лето были засушливыми. Впрочем, это скорее норма, чем исключение; исключением были два-три предыдущие годы, когда Бог дал больше, чем обычно, дождей, что и привело к особенному урожаю. В нашем континентальном климате влаги хронически не хватает, и это ограничивает урожаи, даже если почва неплохая. В Белоруссии, например, урожаи заметно выше, поскольку там гораздо влажнее, хотя почвы очень бедные. Почвы сегодня можно подправить удобрениями, а влажность – увы. (Это я для городских пишу: селяне-то и так всё это преотлично знают). В последние годы в хлебородных зонах России с влажностью повезло - тогда-то и подняли СМИ восторженный ор в стиле брежневского застоя о выдающихся успехах российского сельского хозяйства. Теперь осадков выпало меньше – ну, и ор скромненько сошёл на нет. И хорошо, что сошёл: восторги (равно как и посыпание головы пеплом) мешают видеть картину как она есть.

А картина, прямо сказать, не ахти. Не только прорыва, рывка (модные термины нынешнего политического сезона) нет и в помине, но даже и развития-то нет.

Расскажу о том, что непосредственно видно тому, кто находится «посреди степей».

Экспорт зерна, которым СМИ и руководство гордились в прошлом году, в нашей зоне монополизирован. Оно и понятно: это самое прибыльное и мало затратное дело. Формально – каждый имеет к нему доступ, но фактически невозможно получить возврат ндс. Вопрос решается на уровне областного руководства, а туда мало кто имеет доступ. Мы ндс получить не можем и соответственно зерно не экспортируем. Это вовсе не трагедия – просто факт, к которому надо приноравливаться.

Меж тем внутренний спрос на зерно – не растёт. Он составляет примерно 70 млн. тонн. О чём это говорит? О том, что животноводство особо не развивается, иначе бы спрос на зерно рос.

Цена на зерно формируется мировым рынком. А мировая цена на зерно колеблется, но не растёт. А все факторы производства зерна внутри страны, напротив, устойчиво растут. Так, например, мы в нашем хозяйстве на «химию» тратили пять лет назад 3 млн. руб. , а в этом году – 13. Цена солярки за тот же период выросла в 2,5 раза. Урожаи б так росли!

Я не хнычу и не жалуюсь: при профессиональном руководстве, умело маневрируя затратами, можно работать и в таких условиях, и прибыльно работать. Но никакого развития при таких обстоятельствах не происходит: чем дальше, тем меньше собственных ресурсов остаётся на инвестиции. Про прорыв и говорить смешно.

Как помогает государство? Теоретически оно должно давать субсидию по кредиту, т.е. частично компенсировать банковский процент – это главная помощь. Но теперь, при новом министре сельского хозяйства, все вопросы решаются в Москве. А кто может решать вопросы в Москве? Возможно, большие агрохолдинги и могут, а мы туда доступа не имеем. Про мелкоту, вроде фермеров, - смешно и думать.

Меж тем мы числимся в районных передовиках. Недавно директора нашего хозяйства наградили медалью ордена II степени «За заслуги перед Отечеством». Мне это напомнило эпизод в советском военном фильме: после трудного боя генерал награждает оставшихся в живых, повторяя: «Всё, что могу».

Публицист Александр Халдей, хваля назначение Дмитрия Патрушева на пост министра сельского хозяйства, писал в «Завтра», что тот успешно боролся с воровством в Россельхозбанке, уменьшив полномочия филиалов на местах. Наверное, идея замкнуть все решения на Москву – идёт оттуда.

Нам с кредитом не повезло. Утвердили кредит под 5% годовых на покупку посевного комплекса за 24 млн. руб. Вдруг ни с того ни с сего говорят: будет не 5%, а 11! Такие проценты нам не выгодны. Пришлось купить комплекс за собственные деньги.

Повторюсь: это возможно, но никакого развития таким манером не предвидится. Если государство желает развивать отрасль и шире – реальный сектор – нужен доступ производителей к дешёвому кредиту. Думаю, нужны особые инвестиционные деньги, которые нельзя пустить на потребление, на финансовые спекуляции и т.п. Такое было в СССР (безналичный оборот), было, говорят, в гитлеровской Германии: там и тут это привело к быстрому развитию. Об этом не раз говорил такой знаток финансов, как профессор Катасонов. Первое дело - прекратить свободное трансграничное движение капиталов.

Ещё беда: отечественная техника, которую государство предлагает покупать по субсидированному кредиту, - плоховатого качества, это если деликатно сказать. Кто может себе позволить, покупает импортные комбайны, и мы так же делаем – при всём патриотизме. Это ещё раз доказывает: не может быть передового сельского хозяйства при неразвитой промышленности. Это было известно ещё в XVII веке. При том погроме машиностроения, что учинили в 90-е годы, иного и ожидать нельзя. Надо восстанавливать всю промышленную инфраструктуру в целом, а не грезить о чём-то невнятно постиндустриальном. И никто кроме государства за это дело не возьмётся.

Такая вот сельская идиллия: не трагично, но и не радостно.
  • Current Music
    Я убегаю ( Dj Nell & Konstant - Алексей Сурков
рысь

Стрекоза или муравей?

Поведенческая модель российской молодежи может подорвать основы пенсионной системы. Об этом сообщается в докладе Центробанка «Основные направления финансового рынка на период 2019–2021 годов», опубликованном на официальном сайте ЦБ.

Эксперты Центробанка считают: люди, родившиеся в 1980–2000 годах, копят деньги, однако используют эти средства для получения «качественных впечатлений, по своей мотивации не всегда ориентированных на перспективу», что в свою очередь, может подорвать устойчивость существующей модели пенсионной системы.

«Такая поведенческая черта способна привести к отказу от активного обладания частной собственностью, что также скажется на росте экономики в негативном ключе». Т.е., попросту говоря, молодые копят деньги и тут же спускают на развлечения, удовольствия, поездки, хобби. Квартиру не покупают, на старость не копят – живут, как попрыгунья-стрекоза.

Для того, чтоб улучшить дело, Центробанк планирует создать «дружественную среду» и работать с «поведенческой иррациональностью» молодых клиентов.

Да, молодёжь, в самом деле, не склонна к длительным инвестициям – чтоб это заметить, право слово, не надо быть аналитиком Центробанка. И это вовсе не диво. Удивительно было бы обратное.

Молодые выражают дух эпохи, а он у нас какой? Правильно: «Живи сегодня!». Вот они и живут.

Господствующее чувство жизни – у нас, и на Западе – плоское: прошлого и будущего как бы нет. Как на средневековой картинке, когда ещё не умели рисовать перспективу. Ходовая философия объявляет такое положение правильным и желательным. Оно даже название имеет – «жить в отрезке сегодняшнего дня» - не печалясь о прошлом и не заморачиваясь будущим. А проблемы будем решать «по мере возникновения».

Самое главное, - учит современная мудрость, - это то, что происходит с тобой сейчас, в данную минуту. Надо уметь наслаждаться каждым мгновением жизни, потому что нет ничего ценнее, чем сегодняшний день. Критерием любого жизненного выбора, от малого до крупного, является ответ на вопрос: «Меня это радует?». Всё должно радовать – от прикольных шнурков до лекции в вузе. Не радует? Немедленно бросить! Современный покупатель платит не за предмет, а за эмоции, с ним связанные; по сути он покупает эмоции.

Получать удовольствие постепенно превращается в некий нравственный императив современного человека. Огромное значение сегодня приобретает то, что прежде считалось просто приятным довеском: хороший вид из окна порой повышает стоимость квартиры в полтора раза. Даже место в кафе, где ты проведёшь максимум полчаса, многие выбирают серьёзно и придирчиво: радует? Не радует?

Само по себе это на первый взгляд безобидно и вроде бы не вызывает возражения: да, надо наслаждаться, надо радоваться – что в том плохого?

Однако в этой мотыльковой философии есть большой подвох. Жизнь строго в настоящем исключает любое большое достижение. Потому что для большого достижения приходится жертвовать сегодняшними радостями ради завтрашних или даже – о ужас! – послезавтрашних. Поразительное падение мастерства, умелости, искусности во всех видах искусства, которое мы наблюдаем в последние десятилетия, как мне кажется, объясняется именно культом сегодняшней радости. Сегодня никто не вкладывается в серьёзное, многолетнее обучение чему бы то ни было. Так – настрополился слегка – и порядок.

Будущее отсутствует и в сознании отдельного маленького человека, и в государственном мышлении – ровно в той же мере. Живи сегодня! И живут. Та самая ресурсная экономика, о которой я когда-то писала, - порождение современного чувства жизни. Никто не затевает больших и долгосрочных проектов: за сегодня не успеть, а завтра не существует. Ощущение такое, что всё должно не нынче-завтра провалиться в тартарары, и все с этим согласны, но из политкорректности помалкивают. Но провалится оно завтра, а сегодня надо успеть поесть-попить-повеселиться. В этом потайной (да и не сильно потайной) смысл лозунга «Живи сегодня!».

Часто говорят: как можно строить планы, когда вокруг всё так нестабильно, всё может в любую минуту рухнуть. Тут, мне кажется, переставлены причины и следствия. Нестабильно было с начала времён, но люди всё-таки имели чувство будущего, а сегодня его – нет. Это не связано с нестабильностью. Мало того, вполне возможно, что люди своей коллективной верой в будущее удерживают мир от хаоса и краха. Нет этой веры – и завтра может не наступить.

Вот что проявилось в неправильном инвестиционно-пенсионном поведении молодёжи. Если мы хотим его изменить – начинать надо не с молодёжи. Государство должно показать пример длинной воли и долговременных инвестиций. Хочется верить, что это случится.

А что до пенсии, то молодым надо сказать: её не будет. Хотите иметь накопления на старость – копите сами. А государство должно взять на себя одно – сбережение личных добровольных накоплений. Это, знаете, дисциплинирует всех. То, что происходит сегодня, вносит в сознание молодых путаницу: вроде и будет эта пенсия, а вроде и сами должны что-то копить… Надо внести ясность.
  • Current Music
    Я убегаю ( Dj Nell & Konstant - Алексей Сурков
рысь

ВОСХОЖДЕНИЕ К ГОСПЛАНУ

Недавно СМИ сообщили: «Президент РФ Владимир Путин высказался против возврата к регулированию производства по советскому образцу».

Как сообщило ТАСС, это было сказано на встрече с Советом законодателей. Путин прокомментировал озвученные предложения о квотировании производств и размещения производственных сил, а также напомнил, что власти уже применяют меры для избежания негативных издержек перепроизводства. "Но ни в коем случае нельзя нам скатиться к новому изданию советского Госплана, — подчеркнул Президент. — Там уж они настолько все регламентировали, что это просто убило или, собственно говоря, в значительной степени нанесло [вред], во всяком случае, экономике. Мы, конечно, не можем это повторять".

Скатиться к советскому Госплану и впрямь нельзя: просто потому что советская система планирования при всех её дефектах, пороках и провалах – в наши дни суть недосягаемая управленческая высота, на которую можно лишь взирать с почтительным изумлением, стоя у подножья и задрав голову. Потому всякое движение в сторону планирования на уровне всего народного хозяйства – это движение вверх, это трудное восхождение, на которое власти не решаются.

К большому сожалению, специалисты, которые знали, как это делается, частью вымерли, частью глубокие старики. Было бы крайне полезно собрать тех, кто остался, и изучить их опыт. И делать это надо скорее. Сформировать бригаду экономистов и хотя бы зафиксировать их знания. Иначе – всё уйдёт навсегда. Это можно и нужно сделать немедленно.

Неоспоримо: если суждено нам совершить тот самый прорыв, к которому зовёт нас Президент, то сделать это можно только посредством планирования. Собственно, это люди понимали очень давно: если требуется ускоренное развитие, быстрое преодоление отсталости – нужно планирование. Почему? Да очень просто. План намечает основные направления движения, указывает приоритеты и позволяет сосредоточить ресурсы, которых всегда не хватает, на направлении главного удара. При этом именно план позволяет избежать уродливой односторонности, монокультурности.

Сама идея Госплана возникла в России ещё в царское время, большевики, получив власть, довели до ума то, что в зачатке уже было придумано раньше, включая пятилетки. Пятилетка – это вообще удивительный временной отрезок: за пять лет из школьника получается молодой специалист, за следующие пять лет он становится специалистом зрелым. За пять лет можно радикально изменить жизнь – и жизнь отдельного человека и жизнь страны. В СССР за две пятилетки была создана индустрия, за одну - восстановлено разрушенное войной хозяйство.

Мы живём без плана уж пять пятилетий – и что? За это время реальный ВВП сократился на 45-46%, промышленное производство упало на 60%, в том числе обрабатывающие отрасли продемонстрировали падение примерно на 80% - в пять раз. Высокие технологии с высокой добавленной стоимостью - спад в 20-40 раз. Мы до сих пор находимся по объему производства на уровне 1950-х гг. Накопления основного капитала упали более чем на 49%, и мы до сих пор не доходим до уровня 1990 г. Эти цифры сообщили на 4-м Московском Экономическом Форуме. Такие потери не компенсируют рестораны и торговые центры, и даже стадионы.

Планирование есть и в Китае, и во многих так называемых капиталистических странах; в Индии, обогнавшей в прошлом году по темпам роста Китай, есть прямо-таки пятилетки.

Да, Президент прав: в СССР планирование, по-видимому, было чересчур жёстким. Но ведь это можно было поправить. Поправить всегда легче, чем создавать наново, с нуля, в чистом поле. Сейчас мы, скорее всего, именно в таком положении.

Меж тем современные информационные технологии делают планирование и отслеживание мириад показателей вполне достижимым делом, чего не было в времена СССР. Вот где нужна пресловутая «цифра»!

Крайне важно ещё вот что. «Способность экономики быстро увеличивать объёмы оборонной продукции и услуг в нужное время — одно из важнейших условий обеспечения военной безопасности государства. К этому должны быть готовы все стратегические и просто крупные предприятия независимо от форм собственности», — заявил Президент в конце прошлого года. Загадочно, как этого возможно достичь без государственного планирования. А ведь война, скажем прямо, как никогда реальна. А военная мобилизация экономики без планирования – невозможна.
План – в частной жизни и в жизни народа – создаёт мощную тягу, сознание того, что и зачем мы делаем. План делает жизнь осмысленной.

Когда рушили СССР, первом делом старались скомпрометировать народнохозяйственное планирование и восхваляли «невидимую руку рынка». И народ купился на это. В 1990 г. в журнале «Вопросы философии» напечатали довольно поверхностное эссе Фридриха фон Хайека «Дорога к рабству» (в оригинале – «к крепостному праву»). Туда, по его мнению, ведёт планирование. Тогдашняя интеллигенция была в восторге: вот она – обретённая истина! Сегодня, по данным Левада-Центра, более половины опрошенных выступает за государственное планирование. Пора бы и к делу перейти.
рысь

УМЕР МАВРОДИ

Умер, ещё не старым, знаменитый Мавроди – строитель пирамиды МММ.
Я хорошо помню начало 90-х, когда по телевизору ежевечерне крутились ролики о простом парне Лёне Голубкове, который решил все свои материальные проблемы с помощью покупки и прибыльной перепродажи билетиков с портретом Мавроди. Лёня был дивно узнаваем, и дело шло ходко. Кто-то заработал, но в самый патетический момент, когда ничего не предвещало краха - пирамида рухнула. Это свойство всех пирамид: они обрушиваются на пике успеха. Мавроди ударился в бега, а многие «партнёры» потеряли квартиры и всё своё достояние.

Мавроди – подлинный герой 90-х, воплотивший в себе их дух. А дух был такой: хватит корячиться «на дядю» за три копейки, отныне будем делать деньги. Как во всём цивилизованном мире. Это было разлито в воздухе, этим дышали. Многих охватило такое ощущение: хватит, наработались! Капитализм мало ассоциировался в массовом сознании с производительным трудом. Помню, детей, школьников, учили… играть на бирже. Продавались книжки для подростков, где их обучали жестам биржевиков! Впрочем, с распространением компьютеров это ушло в прошлое. Жесты ушли, а дух наживы (предпочтительно халявной) – остался и только окреп.

После Мавроди было множество пирамид, и всякая новая находила клиентов. Да и сам Мавроди без дела не сидел, а конструировал новые пирамиды, даже в ЮАР отметился. Многие пирамиды пользовались технологией сетевого маркетинга: вознаграждение за привлечение новичков. Наладились использовать сильные психотехники, вроде НЛП.

Волею судеб я стала своего рода специалистом по пирамидам. Ко мне в компанию часто приходили люди, потерявшие деньги в пирамидах и имеющие острейшую необходимость заработка. Как они работали! И возвращали долги, и покупали квартиры, и приходили к убеждению, что честной торговлей можно заработать не так быстро, но гораздо надёжнее. Я же профилактически читала лекции о том, как отличить замаскированную пирамиду: тогда их расплодилось множество.

Пирамиды неотделимы от духа капитализма: они были, есть и будут. Первые возникли на заре капитализма в Голландии – так называемая «тюльпановая лихорадка», когда люди продавали дома, землю, чтобы купить и тут же перепродать драгоценные луковицы. Потом, разумеется, всё рухнуло: как в сказке о Золушке, золочёная карета вновь стала тыквой, а тюльпанные луковицы, купленные на вес золота – просто луковицами. Вернер Зомбарт рассказывал в классической книге «Буржуа»: «В 1634 г. … главные города Нидерландов были опутаны торгом, который разорял солидную торговлю, поощряя игру, возбуждал вожделение богатых так же, как жадность бедных, поднимал цену цветка выше его веса в золоте и закончился, как кончаются все подобные периоды, в нищете и диком отчаянии».

Пирамиды питаются двумя низкими страстями: к наживе и к азартной игре. Теми же страстями питается и биржевая игра, к которой полагается относиться с совершенным почтением. Сегодня биржевые котировки совершенно оторвались от хозяйственной реальности и живут сами по себе, подчиняясь законам массовой психологии и того, что что по-английски называется «хайпом» (hype). Обычное дело: предприятие генерит убытки, а акции его взлетают до небес. Таковы, между прочим, проекты великого Илона Маска.

В этой же самой области лежит психоз криптовалют. Вообще, реальный сектор экономики всё больше становится докучным придатком к «подлинной» экономике – той, где деньги делаются из денег или – ещё более по-современному - из «цифры». Постепенно формируется и овладевает массами представление: копают землю и растят свиней – убогие лохи, а настоящие, успешные, парни – сидят в кондиционированном офисе и гоняют цифирки по экрану. Делание денег из денег настолько привлекательно, что люди подлинно бросают реальную жизнь и она, естественно, приходит в упадок. Всё это «соблазнение малых сих», о чём говорил Спаситель.

Деиндустриализация развитых стран, происходящее вслед за этим падение образования – всё это результат господства финансового сектора над реальным. А финансы – это гигантская, всемирная пирамида, в которой мы все участвуем. Она активно препятствует развитию реального сектора, по сути жизни. Любые деньги, выделяемые на развитие попадают на финансовый рынок – и… никакого развития.

Если наша страна подлинно намеревается развиваться, насущно необходимо вовсе прекратить или хотя бы существенно ограничить любые возможности делать деньги из денег. Деньги должны зарабатываться только в реальном секторе, а финансовый сектор должен обслуживать реальный – и больше ничего. Я читала, будто в гитлеровской Германии была запрещена фондовая биржа – как еврейское изобретение. Не знаю, насколько это достоверно, но экономика, действительно, развивалась очень быстро.

Мне кажется, смерть Мавроди – это знак судьбы. Символ поворота от спекулятивной, пирамидальной экономики к экономике реального дела. За границей пускай себе живут, как сами знают, а нам в России предстоит ещё много сделать грубо-вещественного, индустриального. На этом и надо зарабатывать.
рысь

НЕДОВНЕСЁМ, НО ВЫВЕЗЕМ!

Русский человек легко переходит от самоуничижения к шапкозакидательской гордости, и эти два состояния у него чередуются на манер перемежающейся лихорадки. Нынче мы в горделивой фазе. Вот и сайт «Сделано у нас» оповещает:

«В 2017 г. Россия экспортировала 34,35 млн т минеральных удобрений. Это стало новым рекордом, значительно превысившим прежний максимум 2015 г. — 31,65 млн т. В 2016 г. экспорт равнялся 31,51 млн т, таким образом, рост к предыдущему году составил 9% или 2,84 млн т — это весьма значительные показатели.

В мировом масштабе Россия в XXI в. сохраняет позицию крупнейшего экспортера удобрений (лишь в 2015 г. она уступила Китаю 8%). При этом Россия — единственный крупный экспортёр удобрений, поставляющий все 3 основные их вида: азотные, калийные и смешанные (сложные).

По нашей оценке, Россия спустя 3 года вернулась на первое место в мире по экспорту азотных удобрений, опередив Китай, который значительно уменьшил их вывоз (примерно до 11-11,5 млн т)». Такие вот мы герои-молодцы.

Наверное, кому-то, безмерно далёкому от земли, покажется: встаёт с колен Россия – и зерно вывозит, и удобрения. Потому что простая, естественная точка зрения такова: за границу продают излишки, т.е. то, чего в избытке дома. Но увы, мы вывозим не излишки, а то, что насущно нужно на родине. До революции 1917 г. это было зерно: вывозили на фоне хронического недоедания. Была даже знаменитая формула, приписываемая министру финансов Вышнеградскому: «Не доедим, но вывезем!» (впрочем, есть мнение, что сказано это было с горькой иронией).

Сегодня похожая история – с удобрениями. По данным портала Total-rating.ru, в России вносится в среднем 16 кг минеральных удобрений на га. Разумеется, реальные цифры в приличных хозяйствах очень отличаются: в нашем хозяйстве мы вносим 150-200 кг., но средние цифры – вот такие. При этом в Белоруссии вносят 271 кг (что понятно: почвы бедные), в Польше 213, в Германии 198.

И мы, при среднем внесении в 16 кг, патриотически гордимся экспортом минеральных удобрений! Есть данные, что мы находимся по показателю внесения минеральных удобрений на уровне 1964 г. Мы заездили нашу землицу-матушку, словно тощую деревенскую клячу, не возвращая ей даже тех питательных веществ, которые растения выносят из почвы. Это ведёт к постепенной деградации почв, что в дальнейшем поправить будет очень трудно. Не хочется повторять высокопарных банальностей насчёт того, какую землю мы оставим детям и внукам: это каждый может сам сообразить. Оставим выпаханные поля и экологическое загрязнение от химического производства, потому что производство минеральных удобрений – это большая химия.

Почему так происходит? Понятно, почему: нашим крестьянам удобрения не по карману. Прелестная картинка: наши крестьяне в свободной рыночной конкуренции за собственные русские удобрения проигрывают иностранному субсидированному фермеру. Тому самому, которому на гектар посевов государство платит в 20-30 раз больше, чем у нас. Потому удобрения и уезжают за границу, что не находят платежеспособного спроса внутри страны.

Как можно помочь делу? «Если б я была царица», я бы брутально запретила экспорт минеральных удобрений. Это дело очень важное – и срочное. Надо хотя бы остановить деградацию земель, не говоря уж об улучшении. Но тогда надо или давать целевые субсидии крестьянам на удобрения, или компенсировать убытки производителей удобрений. М-да, трудновато быть царицей – даже мысленно… Вообще, по уму, такие стратегически важные производства не должны находиться в частных руках.

В любом случае, пора выкинуть на помойку рыночную догму: наращивание экспорта – высшая цель и универсальный критерий успеха. Да, для страны типа Италии экспорт – жизненно важен, поскольку ёмкость внутреннего рынка не достаточна и нужно закупать отсутствующее сырьё. Оттого в Европе издавна и молятся на экспорт, ставят его во главу всей экономической деятельности. У нас совсем не та ситуация. Нам нужно в первую очередь не завоёвывать чужие рынки, а отвоевать свой, весьма ёмкий.

Для начала хорошо бы нам обеспечить себя едой на 100%. В 2017 г. мы ввезли продовольствия на 24,36 млрд. Долл., а вывезли на 16,7 млрд. И не надо про «ананасы в шампанском»: мы ввозим порядочно мяса, яблок и прочих обычных вещей.

Больше ста лет назад раскаявшийся революционер Лев Тихомиров писал в брошюре «Вопросы экономической политики» (1899 г.): «Вся наша экономическая политика должна исходить из помышления о потребностях внутреннего рынка. Цель экономической политики России – страны великой, имеющей внутри себя все необходимые и разнообразнейшие средства для существования, – сводится в целом к созданию могучего, самоудовлетворяющегося производства, добывающего все нужное для населения и обрабатывающего эти продукты во всем разнообразии и совершенстве, какие только допускаются культурой и техникой данной эпохи». Вот к чему надо стремиться, наплевав на болтовню об ужасах автаркии и железного занавеса. А когда достигнем – тогда и будем патриотически гордиться. Не раньше.
рысь

УЧИТЬСЯ.... У СЕБЯ

После того как в Пекине завершил работу XIX съезд КПК, где констатировали выдающиеся успехи и намечали впечатляющие перспективы, у нас возобновились разговоры, что китайский путь – наш упущенный шанс. Вот реформировались бы в своё время так же – глядишь, оказались бы в более завидном, чем сейчас, положении. Когда-то Китай называл нас «старшим братом», а теперь нам надо у него учиться.
А не поучиться ли… у себя? Было время, советская экономика росла на 19% в год, в то время как китайский рост, которым восхищаемся, никогда не превышал 10%, а теперь замедлился. Почему же не вспоминаем о советском экономическом чуде и не изучаем его? Кстати, китайцы очень даже изучают: целые институты заняты исследованием нашего опыта – и триумфов, и провалов.
Как именно была устроена наша экономика, давшая такой взлёт, как управлялась, какие были стимулы для трудящихся? Такой, например, вопрос: какое место занимали в народном хозяйстве производственные артели – явно не государственные предприятия? Что из этого опыта можно воспроизвести сегодня? Почему тогда пресловутые инновации удавались? На часть подобных вопросов ответил С. Кара-Мурза, есть небольшая книжка В. Катасонова «Экономика Сталина», а систематическое объективное исследование без хвалы и хулы не ведётся. А надо бы!
Психологи, помогающие клиентам достичь делового успеха, говорят: в первую очередь вспомните о своём прошлом удачном опыте и поймите, что вас – лично вас! – привело к удаче: какие шаги, действия, какие свойства вашего характера. У народа тоже есть свой характер; очень возможно, он и есть главный элемент успеха. Потому к нему надо идти своим путём. В старину это понимали. Alter ego Льва Толстого Константин Левин пишет сочинение о сельском хозяйстве, где в основу кладёт не почву, не климат, а – характер труженика, его специфическую мотивацию, как сказали бы сегодня.
Китайцев повторить не получится, хотя бы потому, что у нас на старте реформ не было (и нет сегодня) народных масс, готовых работать за очень малые деньги без гарантий и социальных благ. Мы привыкли к высокому уровню соцзащиты, к пенсиям, пособиям. Воспитаны в представлении, что работа должна быть «интересной», а не абы какой; наш человек не любит монотонщины. К тому же у нас среди людей 25–64 лет 54% имеют высшее образование и соответствующие претензии. Нет и того молодого голодного народа, который был в Китае в начале реформ (сейчас этот ресурс, похоже, исчерпывается).
Что мотивирует нашего труженика? Мне кажется, общее дело. Наш человек предпочитает работать на благо своей страны, делать что-то осмысленное. Работать на государство ему приятнее, чем на частника. Работать на себя, чем завлекали перестроечные витии, – далеко не все хотят и могут. Однажды на конференции в МГУ я услышала результат соцопроса. Оказывается, особо мотивирующий фактор – работа на армию: яркий образец общего дела. Важные ценности – стабильность рабочего места, трудовой коллектив. Отсюда и стоит плясать.
Так что же – не надо учиться у китайцев? Надо. Планированию народного хозяйства. Твёрдой, общей для всех идеологии. Уважению к своему историческому прошлому и к своим вождям. Мы же раз за разом вымарываем страницы из истории, как первоклассник вырывает из тетрадки криво написанную страницу.
Сегодня на пятки Китаю наступает Индия: её темпы роста впервые выше китайских (7,2 против 6,5). Любопытно, что в отличие от Китая там – демократия западного типа. Иностранные эксперты подсчитывают, когда Индия станет третьей и даже второй экономической державой. Мы это плохо замечаем. Потом опять будем охать об упущенных шансах?

ЛГ